Dragon Age: Ante Bellum

Объявление

Ante Bellum уходит в режим архива.
Регистрация новых профилей закрыта.
Для чтения используйте профиль "Читатель".
Обмен рекламой прекращен.
Зевран Араннай
Skype: nelyo_green_dog

Тальесин
Skype: march.cat.

Анора Мак-Тир
Skype: copper_fennec

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Dragon Age: Ante Bellum » Принятые Анкеты » Герой Ферелдена


Герой Ферелдена

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

1.Имя:
Марэн Сурана.
2.Пол и возраст:
Мужской. 31 год (17 Нубулиса, 9:08 год Века Дракона).
3.Раса:
Эльф.
4.Класс и специализация:
Маг крови.
5.Положение в обществе:
Маг Круга, Герой Ферелдена, Страж-командор Башни Бдения, эрл Амарантайна.
6.Характер:
Тихий и спокойный юноша, податливый, целеустремленный и талантливый, примерный воспитанник Круга и любимец Первого чародея – таким его запомнили маги Круга. Жизнь под надзором храмовников научила Марэна хоронить свои эмоции под мягкой улыбкой. Злость, раздражение, высокомерие – всё спрятано от посторонних взглядов. Холодное спокойствие при распрях магов с храмовниками и усердие в обучении магическому мастерству – вот основное положение Сурана. Возможно, оставшись, он бы достиг поста Первого Чародея, но судьба подкинула ему нерадивого друга Йована, из-за которого эльфу грозила опасность быть усмирённым. Однако, разделяя мнение малефикара на счет несправедливости по отношению к магам, он поддержал мага крови даже в тот момент, когда решалась его собственная судьба.
Эстетичный  по натуре, любитель истории, особенно тех вех, что затрагивают Тевинтер и Авварский народ. Практичный, категоричный и целеустремленный. Марэн порой не прочь посидеть у костра или свечи в компании книг и свитков. Ценит дружбу и доверие, хотя сам порой слишком долго «изучает»  собеседника, прежде чем начать говорить о себе. Всегда прислушивается к чужому мнению, сопоставляя его со своими принципами и ситуацией, из чего принимает в итоге решение. Свою должность считает полностью заслуженной, ценит орден Серых Стражей даже больше, чем монархию в Ферелдене. Пост Стража-командора сделал из него серьезного, ответственного руководителя, но ничто не может изменить его отношения к друзьям – Сурана пойдет на любые маневры, лишь бы помочь близким ему людям, этого у эльфа не отнять.
Являясь магом крови, никогда не признает тех, кто использует запретные знания, закрыв глаза на опасность. Не принимает одержимость, как последнюю меру: проигрывать тоже надо уметь с достоинством. Если уж затрагивать сей вопрос, Сурана лучше согласится с храмовниками - таких магов следует казнить ещё до того, как они смогут навредить кому-то.

Изменения за последний год

Предательство Ордена поумерило пыл эльфа, от прежней преданности мало что осталось. Ныне делает больший упор на саморазвитие и улучшение навыков, также в планах значится налаживание и получение новых знакомств, за пределами Ферелдена.
Стал более раздражительным за последние полтора года, циничным - живя всё время для других, решил теперь, что с него хватит, пусть приходят новые герои, а у него остались собственные дела. Старается не думать о прошлом, считает, что теперь его жизнь началась заново и вот теперь-то, как никогда раньше, ему пригодятся артистизм и умение ждать.

Любит: Статуя Зиновьи в Башне Магов, Остагар, Руины леса Брессилиан, загадка-тайник в лесу Вендинг и амулет, что хранился в нём, Кладбище драконов – вот те места и предметы, которые Сурана считает гениальными.
Не любит: Марэна выводит из себя рассуждение простых людей о магии, о её пользе и вреде, особенно о магии крови и демонах. Он считает, что любой, кто имеет дар, способен противостоять соблазну, необходимо лишь знать чего ты хочешь от жизни. Не считает помощь обитателей Тени грехом, да и сам не раз пользовался ею. Гордыня и чувство собственной важности и незаменимости часто возобладают над магом. Случается это в те моменты, когда ход событий полностью зависит от его слов или действий, а их критика воспринимается им в штыки, насколько бы ни был близок эльфу критикующий.
После известия о смерти Зеврана возненавидел Тевинтер.
Привычки: Имеет привычку внимательно разглядывать собеседника, строя своё мнение о нём. Многим это кажется неуважительным, на что Сурана лишь равнодушно улыбается. Заинтересованность эльфа к собеседнику или его словам, может выдать жест – Марэн опирается подбородком на полусогнутую кисть руки. Часто теребит подвеску на шее, когда задумчив.
Страхи: Один из больших страхов Марэна – потеря близких или друзей. Это заставляет мага беречь своих соратников и не отпускать их в опасные авантюры в одиночку. Чувствует себя беспомощным, когда небо над головой гремит раскатами молнии, понимая, что вся его хваленая магия ничто в сравнении с первозданной стихией. Потерять Дариана.
Мечты: Падение империи.
Жизненная цель: Он всё ещё не до конца уверен в том, что нашёл лекарство от Скверны. И хотя для того, чтобы понять это требуется время, не собирается останавливаться на достигнутом.   
7.Внешность:
Основные черты:
• Цвет глаз: тёмно-синие.
• Цвет волос/длина/тип: длинные, спускающиеся ниже задницы, прямые, медного цвета волосы.
• Рост/вес/телосложение: 168см/54кг/ худощавое.
• Отличительные особенности: нет.
Описание внешности:
- Пап, а как выглядит Герой Ферелдена? – малыш с любопытством смотрел на отца.
- О-о-о! Наш Командор два метра ростом, бьет молниями из глаз и валит целые орды порождений за минуту! – Огрен от души ударил огромной пятернёй по столешнице.
- Прекрати врать ребенку! Тоже мне, герой, - послышался женский голос из кухни.
- Ладно-ладно, - гном бросил недобрый взгляд в сторону. – Обычный эльф. Смазливый и хиленький, как и вся их раса.
Забранные лентой волосы, чтобы не мешали в работе и не путались на ветру, сколько раз он порывался обстричь их, но всё никак не решался. Бездонно-глубокие задумчивые тёмно-синие глаза, взгляд которых со временем, казалось, становился всё холоднее и серьезнее. Высокий открытый лоб, бледноватая кожа, острый нос, портящий профиль и тонкие немного искривлённые губы – вот и весь портрет Марэна. В плане одежды предпочитает мантии оранжевых и коричневых оттенков, если того требует ситуация, в основном же чаще всего ходит в стандартной мантии Серых Стражей, поверх которой накинут плащ каштанового цвета. Высокие кожаные сапоги до колена, легкие наручи и простые черные штаны из грубой ткани дополняют его повседневный костюм. Единственный четко выделяющийся элемент  - посох за спиной, с блестящей лакированной основой вишневого цвета и огромным ромбообразным камнем, цвета крови, в изголовье, крепленым тонкими позолоченными «лозами».
При общении активно жестикулирует, все движения эльфа обычно плавные и грациозные, что часто ставило его собеседника в неловкое положение, когда тот неожиданно начинал «махать» руками у него перед носом. Руки, надо сказать, у него ухоженные: ровные длинные ногти, тонкие пальцы и приятная на ощупь кожа.
Предпочитает начинать разговор вежливо и неважно, кто перед ним стоит - король или мелкий воришка. Голос мягкий, певучий, речь хорошо поставлена. 
Со всей своей галантностью, изяществом и недурной внешностью, абсолютно не умеет находить подход к противоположному полу. Не понимает намеков о симпатии или флирте. Как говорит его друг и соратник Огрен: «Бабы клюют только на твой статус, эльф».     
 
8.Биография:

Юность, Круг магов

После того, как родители отдали ребенка в Круг, эльф стал обучаться магии. Он не считал, что ему не повезло и был открытым, приветливым и добрым мальчиком, который сразу же полюбился многим из учителей. Он не стремился завести как можно больше друзей или подмазаться к старшим, проживание в башне на озере Каленхад было для него сродни эльфинажскому, разве что окружение сменилось, да кормить и одевать стали лучше. Единственным настоящим другом Сурана был Йован, врагов же из числа жителей Круга не наблюдалось. В итоге, отличившись на занятиях, стал учеником Первого Чародея.
Когда потребовалось делать выбор - помощь другу или предостережение учителя, выбрал первое. Марэн до последнего надеялся, что удастся разрешить конфликт мирно, без побегов, усмирения и скандалов. Но не вышло. Однако, после, когда он и сам попал в не самое лучшее положение, и Дункан предложил вступить ему в Орден, всеми способами старался уговорить всех, что ему лучше остаться в Круге. Снова не вышло.
Дункана Сурана ненавидел первое время за то, что тот отнял у эльфа его дом, вынуждая сражаться с порождениями тьмы. Променять уютную Башню Магов на непрекращающиеся бои, с минимумом удобств - разве не глупо?

- Огрен, ты уверен, что хочешь быть моим летописцем?
- Лето-кем? Разве я что-то подобное - ик! – говорил, Командор? – покачивающийся компаньон смачно рыгнул, развеивая все сомнения в серьезности намерений Огрена стать писарем Стража. Да и какой писарь из безграмотного гнома, насквозь пропахшего мочой?
Отойдя от пьяного усача, эльф встал у края крепостной стены и оглядел открывшийся перед ним простор владений. Башня Бдения немым стражем несла свой пост посреди гористых холмов. Марэн задумчиво, с очарованием наблюдал за пролетающим высоко в облаках орлом. Свободная, гордая птица. Таким стал и он, освободившись из-под надзора храмовников Башни Магов, куда его отправили в совсем юном возрасте трусливые родичи, едва стали проявляться его врожденные способности. Он почти не помнил дом, а точнее он не помнил его совсем. Единственным воспоминанием о жизни до круга был брат и медальон, который сам Сурана называл пророческим, ибо на нём изображен грифон, не давал усомниться в том, что это не сон. Кого уж там, в шесть лет эльфёныш и не понял, что происходит и почему его забрали в Башню на озере Каленхад. "Может, оно и к лучшему?" - думал он постоянно, смотря на окружающих его магов. Тогда он был готов прожить в золоченной клетке всю жизнь, ведь магия - зло. Так говорили Храмовники. Если бы не авантюра Йована по добыче его филактерии, возможно, Дункан не призвал бы Марэна в Серые Стражи, и последний так и остался бы в Башне, в этой мрачной и хорошо охраняемой клетке. Хотя, события при Остагаре были не самой приятной альтернативой сидению под замком, но они, по крайней мере, разнообразили вливающуюся в новое русло жизнь молодого эльфа.
«Я до сих пор помню, как радостно приветствовал меня король Кайлан. Он был так возбужден от азарта перед битвой, так уверен в своей победе. Все мы тогда были молоды и наивны, - мысли отразились гримасой боли на лице Стража. – Но не всем судьба простила эту наивность».

Остагар

Крики людей и эльфов, рев осадных орудий, противное «гавканье» порождений тьмы и чувство тревоги внутри – вот и всё, что запомнил Сурана о той ужасной битве, в которой полегли сотни отважных и преданных королю солдат. А потом – тьма, и лишь через какое-то время он очнулся в хижине Флемет, той самой женщины, что совсем недавно любезно отдала ему в руки старинные договоры Серых Стражей, которые хранила от тлена времени. Именно там стражам поведали о случившемся: Логейн предал короля Кайлана и армию Ферелдена, не выведя по сигналу подкрепление, и, пуще того, покинув Остагар с резервными войсками и отправившись в столицу. Сейчас Марэн не вспомнит и мыслей, что первыми посетили его голову, когда он открыл глаза – осознание случившегося пришло позднее, вместе с новым «поваром», разбавившим мужской дуэт. Это была дочь Флемет, Морриган – стервозная и эгоистичная молодая особа с магическим даром и оборотными способностями. И смех, и грех, но наблюдать за перепалками почти-храмовника Алистера и магессы было даже забавно. Они и мили не могли пройти, не наступив друг другу на пятки.

Холодный мокрый нос нежно, но настойчиво ткнулся в ладонь Марэна.
- Неужели ты думаешь, что я о тебе забыл? – с усмешкой на лице он потрепал холку бойцовского пса, радостно завилявшего коротким хвостом в ответ на ласку и что-то тихо проворчавшего.

Мабари

Он встретил их на пути в Лотеринг, когда трое ничего не подозревающих путников, встретили небольшой отряд гарлоков. Весь перепачканный кровью порождений тьмы, пёс подошел к новоиспеченному стражу, в глазах животного были благодарность и преданность. Сурана тот, кто прожил всю сознательную жизнь в заточении, с радостью принял такой подарок судьбы, тем более, что именно он недавно спас жизнь этому мабари.

- Помнишь Лотеринг, дружок? – страж обратился к Регри, псу-мабари у его ног. – Да… Лотеринг, - он вновь окинул взором лежащие перед башней земли.

Лотеринг

Скучное место, куда ни глянь - запустение. Палатки беженцев, бежавших от мора, кучи хламья, покосившиеся хиленькие деревянные заборы, неприметные одноэтажные дома. Единственное, что привлекло взгляды путников – старый каменный мост, местами с обсыпавшейся кладкой, проходящий через всю деревню, и построен он не иначе, как ещё Империей. Ну и разбойники на мосту, куда же без этого! Они встретили стражей и ведьму словами о пошлине, кою должны платить все желающие пройти мимо них, на что, ещё не отошедший от потрясений остагарской битвы эльф, отреагировал весьма агрессивно. Сейчас Сурана не сможет описать в деталях тот кратковременный бой, но всё же у разбойников внезапно включилось мышление, и их предводитель заскулил о милости, о семье, которую ему надо прокормить и ещё о чем-то. Марэн не стал разбираться, откуда у такого, как он вообще может быть семья, расспросив человека о ситуации в деревне, отпустил всю их братию восвояси. Потом уже выяснилось, что эта шайка изрядно потрепала местных обитателей, и за их устранение причитается небольшая награда.
Стражи, чем могли, помогали местным жителям, на что Морриган лишь язвительно комментировала их добродетель не совсем лестными выражениями. Именно в Лотеринге, когда на них в трактире напали люди Логейна, Марэн познакомился с Лелианой – бывшей церковнослужительницей местной церквушки. Она помогла партии справиться с агрессорами, и вскоре была принята в ряды «армии» Серого Стража. «Провидческий» сон оказавшейся ловким бойцом Лелианы до сих пор наводит Марэна на мысль о том, что ее психическое равновесие немало пошатнулось. Она стала ценным союзником, исключая моменты проявления набожности.
Сразу после нападения, партия устремилась на тракт, ведущий из деревни, но по пути наткнулась на клетку с пленным кунари, обвиняемым в нескольких убийствах. Выслушав его историю и решив, что могучий воин может стать хорошим подспорьем в борьбе против порождений тьмы, Марэн попросил Лелиану отпереть клетку, и Стэн, так звали пленника, пообещал помочь Серому стражу в его нелегком деле.
Почти у моста, их остановила группа селян, заявив, что Серый Страж своей жизнью поможет беженцам не умереть от голода. Сурана и до этого предупреждали, храмовник в церкви, что Логейн объявил Серых Стражей вне закона из-за выдуманного им предательства короля орденом, а за их с Алистером головы назначена награда. Не было времени объяснять или переубеждать, единственным выходом было убить мешающих селян. Ни одно «благое дело» не обходится без крови, - вот и сейчас, чтобы помочь бороться с мором, Сурана переступал через трупы простого народа, успокаивая себя тем, что любой на его месте, поступил бы так же.
Отряд вышел на тракт, ведущий прочь из деревни, и стал свидетелем нападения порождений тьмы на пару гномов. Не раздумывая, страж бросился на помощь и помог перебить далеко забравшихся тварей. Атакованные оказались торговцами – Бодан Феддик и его приемный сын, Сэндал - зачаровыватель.

«Кто бы мог подумать, что эти двое почти весь мор будут ходить с нами, ища спасение от порождений тьмы. Очень умно, очень. Где самое безопасное место во время моровой эпидемии, как не под боком у Серых Стражей?» - улыбка расползлась на губах Командора, он вспомнил про Морриган и её невинное: «В моей палатке так холодно и одиноко», на что он купился, решив помочь одинокой ведьме. – «Да, как и всегда, Сурана, как и всегда до тебя не доходят намеки подобного рода. Ну, зато хоть есть над чем посмеяться потом. Герой Ферелдена – полный ноль в делах амурных! То-то потеха, благо хоть это не общедоступная информация».

Редклиф

Сия презабавнейшая ситуация произошла как раз на подходе к деревне Редклиф, куда отряд, посовещавшись, решил отправиться первым делом. Эрл Эамон, дядя погибшего короля Кайлана, оказался еще и дядей Алистера. В тот момент, когда храмовник решил рассказать лидеру свой маленький секрет, Марэн опешил. Рядом с ним был возможный наследник трона Ферелдена, пусть и бастард. Эльф сразу отметил про себя первый козырь в борьбе против Логейна. Но не успел он обрадоваться, как из деревни, к которой они уже подошли, прибежал взволнованный житель. Оказалось, деревня подвергалась еженощным нападениям нежити, ордами валившей из замка Редклиф. Житель проводил отряд к бану Тегану, который рад был увидеть своего племянника Алистера и поведал им печальную историю мертвяковой осады. Марэн пообещал помочь жителям справиться с напастью и в течение дня были проведены всевозможные действия по обеспечению насколько возможно лучшей защиты. «Чертовы трупы», - поежившись, подумал маг. И было отчего – нападение смердящей и далеко не прекрасного вида толпы мертвецов вызывало не самые приятные ощущения у хорошо запомнившего события эльфа. К тому же, они преградили путь к управителю запуганной деревни, жители которой меж тем храбро защищали свои владения при поддержке стража. Когда атака ослабла, и мертвецы стали отступать назад, под спасительные стены замка, Марэн и его отряд проникли внутрь через потайной ход, ведущий от мельницы к подземельям замка. Не самая лучшая идея отправлять брата эрла, бана Тегана, с этой Изольдой в замок, но он так рвался помочь своему племяннику, что эльфу элементарно стало неохота выслушивать надрывные мольбы женщины. Нет, у Марэна есть сочувствие, но не в моменты, когда тебе сначала пытаются закрыть рот своим положением в обществе, а уж потом просят помочь, и если бы не Теган, благородством которого Сурана проникся, Страж вообще мог бы оставить всю эту затею и пойти дальше по плану – в Башню Магов. Хотя в итоге-то всё равно пришлось отправляться именно туда. Но это позже.
В подземельях замка Редклиф, Марэн встретился с тем, кого надеялся увидеть в этом месте, наверное, меньше всего – Йованом собственной персоной. В тот момент Стража меньше бы удивил Архидемон, запертый в клетке эрла, чем его горячо любимый малефикар, благодаря которому он и сам смог выбраться из треклятой Башни. Услышав, что его друг отравил эрла, работая на Логейна, Сурана сначала хотел убить человека, ведь не будь он так наивен - и они бы уже получили поддержку Эамона! Но друзья на то и друзья, чтобы помогать в любой ситуации, и, несмотря на недовольство своего товарища-стража Алистера, эльф освободил мага крови, разрешив беспрепятственно уйти. Долго ещё Сурана обдумывал сие решение, но никогда не жалел о нём, ведь друзья на то и нужны, чтобы вспоминать о дружбе, даже если на кону собственная репутация.
Не особо лестно отзываясь о толпе трупов по дороге, Марэн со своими помощниками вышли в главный зал, правда сам Страж при этом был не в самом лучшем расположении духа, а узнав про то, что на самом деле является причиной бед, первым делом попытался успокоиться. Коннор, сын эрла Эамона, оказался одержимым магом-недоучкой, вот вам и задачка. Будь это просто маг, Сурана без колебаний бы «освободил» его от проклятия одержимости, но перед ним стоял ребенок. Мало того, что просто ребенок, но ведь если его упокоить во всеобщее благо, эрл вряд ли потом спасибо скажет, не говоря уже о помощи стражам. Прислушавшись к словам Алистера и Лелианы, Марэн решил не торопить события и отправиться за помощью «домой» - в башню Круга. Эльф не хотел признаваться самому себе, но слухи о том, что сэр Грегор запросил о «Праве уничтожения», вызывали у мага нервную дрожь в теле – как бы он не был рад покинуть стены башни, она оставалась для него домом и местом, где его всегда поймут вне зависимости от отношений прочего люда к таким, как он.

Командор Серых Стражей развернулся спиной к зубчатому ограждению стены и с интересом посмотрел на разговаривающего с собакой гнома.
«Если хорошо подумать, еще, будучи в Круге я знал, что разногласия между магами приведут к конфликту. Лоялисты никак не могли принять идей либертарианцев, как и те в свое время не понимали эквитарианцев. Замкнутый круг среди магов Круга».

Круг Магов

Не сказать, что Грегор радостно встретил бывшего воспитанника круга, но и гнать его не стал, лишь пояснил, что творится за закрытыми дверями башни. Марэн, всегда считавший, что храмовники не в состоянии уследить за распрями магов, счел решение о запросе на «Право уничтожения» трусостью, но не стал высказывать своего мнения, попросив дать ему шанс пройти внутрь и попытаться спасти выживших магов. Страж не сомневался, что не одержимых внутри ещё полно, он не мог поверить в то, что пара ненормальных либертарианцев способна уничтожить весь Круг. И он был прав. Винн, уважаемая в круге магесса и превосходный целитель, поддерживала барьер, дабы сохранить жизни юных воспитанников башни магов, однако эльф не учел, что выживших настолько мало. Заручившись помощью духовного целителя, Страж обследовал помещения башни, узнавая всё новые и новые детали о восстании либертарианцев, главой которых на данный момент был Ульдред – один из высших чародеев. Всё дело в неумелом обращении с магией крови, вот уж чему Сурана действительно удивился. «Неужели половина башни – неумелые, слабохарактерные маги-недоучки, поддавшиеся искушению при первой же встрече с демоном?!», - думал тогда эльф, не без оснований предполагая, что демонов надо не боятся, а уметь использовать без вреда для себя.
По пути они зашли в кабинет Первого чародея и Сурана обнаружил в личных вещах того фолиант по магии, принадлежащий Флемет. Решив, что эта книга больше пригодится дочери ведьмы, он отдал её Морриган. Так или иначе, но Страж и его помощники попали в ловко расставленную ловушку малефикаров, отправившую их всех в Тень. Это стало приятным разнообразием для Марэна и тут же головокружительным приключением, задачей которого было найти демона, поддерживающего эту часть мира духов. Здесь же Сурана встретил Ниала, мага, застрявшего в этом мире. Он любезно поведал Стражу о некоем артефакте - литании, с помощью которого можно противостоять магии крови.
Разобравшись с ловушкой, они направились на самый верхний этаж башни, не забыв прихватить с собой литанию. И вот опять эльф встретил старого знакомого – сэр Каллен, молодой храмовник, чудом избежавший смерти. Он пытался убедить Марэна в том, что все маги в башне – одержимые и подлежат немедленному истреблению при встрече. Скептически отметив состояние храмовника, Сурана направился дальше. Не сказать, что он был сильно удивлен увиденным, но и назвать это «незапоминающимся моментом из жизни» тоже нельзя. Радовало пока только одно: Первый чародей Ирвинг был до сих пор жив и в своем уме. 
И вот, битва окончена, хвала стражам отдана, и пора бы уже подумать о делах, да и вспомнить, зачем они собственно пришли. Ирвинг согласился с решением Сурана помочь Коннору и собрал магов для ритуала из тех, кто выжил после восстания, а также чародей подтвердил, что поможет Стражу в борьбе с мором. Медлить было нельзя, отдыхать тоже и потому они незамедлительно выдвинулись обратно в Редклиф.

Легкий ветер всколыхнул волосы Марэна, возвращая в реальность. Эльф неспешно направился к двери, ведущей внутрь, но не спешил открывать её, ловя кожей последние лучи теплого осеннего солнца. Но вот туча скрыла небесное светило, и раздосадованный этой неприятной мелочью Страж потянул массивную дверь на себя и скрылся в проеме.
Алистер, Лелиана, Винн и Стен так и не узнали о его решении в Тени, сделанный им выбор стал бы для них неприятной новостью. А остальные… остальные приняли это.

Демон Желания

Сурана не помнит деталей ритуала, как и дорогу до замка эрла, зато в его памяти четко стоят моменты в Тени, когда он пытался помочь мальчишке избавиться от демона. Метания по лабиринту подсознания юного мага каждый раз оканчивались неудачей – демон перехватывал контроль над Коннором, давая отпор Стражу. Сбитый с толку, Марэн осознал, что его уровень магии пустой звук в борьбе с мором и, что он не справится со своей миссией. Именно с этими мыслями его встретил демон Желания. Суккуба предложила то, от чего эльф не мог отказаться – владение запретными знаниями, цена за которые – Коннор. Собрав все мысли воедино, Страж принял эти условия, наивно полагая, что одна жизнь по сравнению с тысячами, которые он должен спасти - малая цена, а со своей совестью эльф как-нибудь справится. Демонесса обещала, что оставит на время мальчика, дабы не вызывать подозрений у спутников Стража и магов Круга, и Сурана даже был в чем-то благодарен ей за это.
Теперь Страж решил не мешкать, скупо принимая похвалы от семьи эрла, он как можно скорее собрал всех и направился по направлению к Морозным горам, но не тут-то было: по дороге к владению гномов его ждал сюрприз.

Эльф закрыл дверь в свой кабинет и окинул помещение взглядом, чтобы хоть на мгновенье отвлечься от терзающих мыслей, нахлынувших на стража, словно именно сегодня он должен для самого себя решить окончательно, чего на самом деле он хочет. Ни на минуту не сомневаясь, что пост Командора заслуженный, он, тем не менее, не мог забыть, какой ценой ему всё это досталось. Из-за любви к ордену Серых Стражей и чувства ответственности маг лишился свободы. Снова. Как и двенадцать лет назад, в башне.
Тяжело вздохнув, Сурана потер глаза рукой и прошел к письменному столу, машинально взял бумаги и понял, что не понимает написанного.
- Надо больше отдыхать, - он кинул пергамент обратно на столешницу, посох за его спиной моментально отреагировал на эмоции хозяина легким, нежным свечением рубиновых искр.     

Нападение Воронов

Призыв о помощи сбил эльфа с толку, он поспешил вслед за молодой девушкой, не спрашивая у неё ничего, по привычке надеясь на честность людей. Неплохой, надо отметить маневр, чтобы завлечь Стража в ловушку – перед путниками была засада, подстроенная всё тем же Логейном, как выяснилось позже. Вороны, гильдейские убийцы Антивы, что может быть лучше старого доброго разговора на клинках, когда вокруг и без того всё вот-вот может рухнуть? Но, как и всегда, нас никто не спрашивал, навязывая бесполезный бой. Заняв свои позиции, стражи (а на момент мора Сурана уже всех своих спутников окрестил этим титулом) приняли бой. Подготовились они, признаться, на славу: капканы, ловушки, окружение, лучники. Но, как бы хорошо не были подготовлены враги – не на тех напали. Уже после битвы, когда все занимались чисткой оружия от крови, Марэн обратил внимание, что один из атакующих ещё дышит. Эльф не стал церемониться, залепив ворону пощечину, он всё же хотел узнать подробности о нападении, а не время спросить. Вот какой ещё идиот, возьмет под своё крыло наёмного убийцу, который пять минут назад хотел отправить тебя в Златой Град для знакомства с самим Создателем? Сурана знает только одного такого болвана – себя. Слишком много крови лилось в то время, чтобы быть беспощадным душегубом, да и сам Страж весьма наивен, чтобы повестись на слезливую историю и клятву о верности до момента, пока сам Сурана не решит освободить убийцу. «Прямо рабство какое-то», - промелькнуло тогда в сознании Стража. Правда, на тот момент в его голове много чего мелькало, да ещё спутники почти в голос твердили, что возьми он антиванца в лагерь - и тот при первом же удобном случае отравит Марэна. Выслушав мнение своих друзей, Сурана протянул руку Зеврану, помогая подняться.

Командор перебирал книги на стеллаже, и ему попался старый фолиант на языке гномов, который ему прислали из Орзаммара через полгода после окончания мора. На внутренней стороне корочки была надпись на общем языке: «Всегда благодарна Вам, с уважением, Орта».
- Из дома Ортен, - закончил недописанную часть эльф. – Прекрасное время: поиски нага для Лелианы, политические интриги между Хароумонтом и Беленом, прогулки по живописным заброшенным тейгам, Огрен в конце концов, - Марэн поставил книгу на место.

Орзаммар

Орзаммар встретил путников закрытыми воротами и угрюмым лицом стражника, а вдобавок к этому ещё и псы Логейна, которые, впрочем, быстро ретировались, стоило только Марэну назваться. Зайти внутрь им помог договор стражей с народом гномов, подписанный ещё во времена Первого мора. Ситуация в подземном городе была не из радостных: отсутствие монарха всегда сулило проблемы, что уже показал Ферелден. Удивляясь архитектуре гномов, этим высоким потолкам, резным каменным статуям и гладкому полу под ногами, Сурана направился знакомиться с претендентами на престол, к счастью, их было всего двое. Представитель Хароумонта не произвел должного впечатления на Стража, а уж после высказывания Зеврана «о слабости монархов», у эльфа не осталось сомнений, что в этом споре он поможет законному наследнику, принцу Белену. Расправившись с «обманом» оппонента да мешающими репутации принца бандитами из Пыльного города, стражи направились на глубинные тропы, чтобы отыскать пропавшую Совершенную. У входа на глубинные тропы их перехватил муж этой самой Совершенной, выглядел он так, будто не один день пил, при этом валяясь в сточной канаве, или что у гномов вместо этого? Запах был соответствующим. Но, тем не менее, Огрен, именно так звали попойку, оказался очень умелым воином и не побоялся вызваться со Стражем в поход. Однообразное окружение, полчища порождений тьмы, ползунов, да глубинных охотников – вот и все приключение, до момента пока они не встретили Легион Мёртвых. Сначала они воочию увидели Архидемона, извергающего магическое пламя, который стрелой устремился в разлом, а потом уже легионеров, что охраняли мост от отряда порождений. Те храбро и самоотверженно сражались, но числом гномы сильно уступали слугам Архидемона. Стражи влились в битву как река в бушующее море, разя налево и направо, помогая Легионерам справиться с их повседневной рутиной. Когда волна атакующих была отбита, гномы стали подсчитывать потери, и Марэн решил воспользоваться этим долгожданным затишьем и узнать у командующего Легионом о Бранке. Он рассказал о том, что Совершенная уже давно покинула это место и ушла через огромные врата к крепости Бонаммар. Но тут же скептически заметил, что она, скорее всего, уже стала закуской для недружелюбных обитателей темных коридоров и тейгов. Стражи пожелали удачи воинам и с боем пересекли мост, который вновь успели заполнить отряды врагов. Продвигаясь вглубь тейга, и любуясь красотами мёртвого города Бонаммар, они наткнулись на Гаспид – одну из тех, кто ушёл с Бранкой на поиски наковальни Карридина. Гнома рассказывала о сумасшествии своей возлюбленной, на что Огрен лишь округлил глаза и что-то невнятно пробурчал. Эта же гнома вывела отряд за пределы Бонаммара, правда там их ждал очень уж неприятный сюрприз – Матка. Существо, рождающее порождений тьмы, то во что превращают эти твари смертных. От одного вида Сурана хотел оказаться хоть перед пастью Архидемона, лишь бы не видеть эту тушу, но деваться было некуда. Разобравшись с этой мерзостной проблемой, они отправились дальше – к наковальне. Оставался последний шаг. И да, они нашли Бранку, которая не отрицая всех своих «злодеяний» по отношению к родственникам поведала отряду о причинах такого поведения: Орзаммару нужны големы. Серый Страж даже отрицать этого не стал, лишь принимая к сведенью, что поддержка такого рода в борьбе с мором – верх его ожиданий. Саму же наковальню охранял её создатель – Карридин в форме голема, и вновь перед эльфом стоял выбор: разбить адскую машину, порабощающую души гномов или оставить её Совершенной Бранке для изучения. Сурана с болезненной тоской смотрел на брошенные тейги по пути сюда, он вообще не любил запустений и упадка, а потому был полностью согласен с тем, что подземному народу пора возвращать былое величие, и для этого их королю понадобятся големы. Бранка была довольна таким решением и в знак признательности выковала на наковальне корону новому королю Орзаммара, выбрать которого должен Страж.
Белен сел на трон, Хароумонта казнили – вот и весь итог. Но Марэн был уверен, что наследник дома Эдукан вернёт своему народу былое величие. Заверив Стража в помощи с мором, новоиспеченный король пожелал ему удачи и принялся исполнять свои обязанности. Огрен же решил отправиться с эльфом, посчитав, что его место рядом со Стражем.

Лагерь

До этого момента жизнь в лагере шла размеренно: на остановках Марэн с открытым ртом слушал рассказы Морриган о её жизни в дебрях, любил расспрашивать Лелиану об Орлее или просил её поведать о легендах Тедаса, с трепетом выслушивал про жизнь кунари от Стена, отшучивался с Алистером по поводу их компаньонов, время от времени получая нравоучительные беседы от Винн, и относился он к этому с должным уважением и вниманием. Теперь же каждая остановка – отдельная глава. Посиделки вокруг костра под шутки гнома, сдобренные пошлыми подробностями рассказы о похождениях экс-Ворона, музыкальные выступления Лелианы… Сплоченные общей целью, борцы с Мором уже не видели друг в друге соперников или недоброжелателей. Каждый был готов протянуть коллеге руку помощи.

«Даже посреди разрухи и смертей может быть что-то светлое», - эти мысли тяжелым грузом звенели в голове Командора. Он сел в свое кресло и тяжело вздохнул. – «Помнится, именно тогда, на очередной остановке, Морриган попросила «о маленькой услуге». Убить Флемет. И я согласился, хотя до сих пор помню, как постыдный страх расползался по венам при одной мысли об этом».

Флемет

Дебри Коркари встретили четырёх путников тяжелым молчанием, даже птиц не было слышно, оно и понятно: все боятся порождений тьмы и стараются убраться с их дороги поскорее. Никто из путников не проронил ни слова, хотя Марэну было бы легче выслушать наставительные высказывания, чем тишину. Флемет ждала их, она уже знала, зачем они пришли, и предложила Стражу сделку: он позволит ей уйти, а она взамен отдаст ему гримуар. «Обмануть Морри? Это выше меня», - подумал тогда эльф и принял бой. Произошедшее следом без малого шокировало отряд – Флемет, эта хрупкая старушка, превратилась в огромного, полного ярости и мощи самого настоящего дракона. В такие моменты Стража полностью покидают сомнения, а на их замену приходит решимость, вот и сейчас, раздав указания, он смотрел опасности в глаза. Бой вышел затяжным, Сурана уже на десять раз проклял и ведьму и её способности, когда массивное тело дракона бездыханно упало на землю, поднимая клубы пыли. Измученный схваткой, он всё же был доволен, что обошлось без потерь. Вылечившись и немного передохнув, они отправились обратно в лагерь, рассказать Морриган о произошедшем и отдать ведьме гримуар.

Солнечные лучи пронзали полупрозрачные занавески, падали на стол, играя на плотном пергаменте. Чернила ложились на бумагу каллиграфическим почерком, выводя слово за словом – извещение о том, что Командор Амарантайна на время оставляет свой пост, все обязанности по части хозяйства и управления передаёт сенешалю Вэрелу, а охрану земель поручает отряду Веланы. Поставив свою подпись, Сурана аккуратно поместил перо в чернильницу и откинулся на спинку кресла. Воспоминания вновь нахлынули, заставляя голову, и без того занятую делами насущными, ломить от боли.
«Не долго мы тогда веселились», - Марэн вспомнил, как они пришли в лес, в поиске клана долийских эльфов и как они их нашли.
   

Брессилиан

Часовые не были рады нежданным гостям, и не будь Сурана Серым Стражем, вряд ли бы они их пропустили в лагерь. Запросив помощь долийцев, которая полагалась им по старинным договорам, стражи вновь услышали «отказ». Клан, оставшийся в Ферелдене, подвергался нападениям оборотней, отчего никак не мог присоединиться к войне с Мором. «Страна кишит порождениями тьмы, королевский трон пытается занять предатель короны, Архидемон в любой момент может стереть с лица Тедаса весь Ферелден, а мы вынуждены спасать лысого неудачника от стаи бешеных собак!» - Марэна не радовала вся эта ситуация, и он, откровенно говоря, уже не верил, что они вообще успеют подготовить войска к приходу орды. Но отказать собратьям Страж не мог просто из гуманных побуждений, каждый раз толкающих его на несвоевременные приступы геройства.
В лесу, куда им указал Хранитель, они встретили этих самых оборотней, и, по словам мохнатых тварей, это именно они были правы в данной ситуации, неся месть клану. Это немного насторожило эльфа: во-первых, Затриан отзывался о них, как о неразумной расе, а во-вторых, зачем надо было вести сюда клан и устанавливать лагерь именно в том месте, где обитают оборотни? Оставалось только найти логово оборотней и спросить у них, но вот проблема, проход закрыт! Тогда-то им и попался Дуб, говорящий стихами, выполнив его просьбу и принеся старому древу желудь, путники смогли проникнуть в логово врагов – древние эльфийские руины. Возможно, когда-то это был красивейший город данной расы, но сейчас от него остались только отголоски былой красоты. И всё же Сурана восхищался его великолепием и архитектурными изысками эльфийских мастеров, подтверждающих, что некогда их народ был одним из самых гениальных. Добравшись до логова Белого клыка, того, чье сердце требовалось Хранителю для снятия проклятья, Марэн узнал от самого духа, что именно Затриан тот, кто наложил оное, а разрушить его может смерть старого эльфа. Всё встало на свои места: и долголетие долийца, и его недальновидность. Страж согласился помочь Белому Клыку и привел Хранителя в руины. Точнее, тот сам пришел - Затриан шёл по их следу и, выйдя из логова, Страж как раз наткнулся на него. Уговорив Хранителя снять заклинание, что мешает жить околдованным людям, стражи отправились обратно в лагерь, не забыв по дороге забежать к местному целителю – бывшему ученику Винн. Сурана всегда внимательно слушает своих друзей, запоминает и старается при возможности помочь. Магесса круга была весьма польщена таким подарком и отблагодарила эльфа, хотя это именно Стражу надо было благодарить целительницу за то, что она вообще согласилась ему помочь.
Итак, Затриан мёртв, опасность миновала и Марэн получил то, зачем пришел – обещание помощи в войне с Архидемоном.

- Уже день, - Марэн захлопнул книгу, положил её на колени, и улыбнулся в пустоту. Воспоминания вызывали у Командора массу самых различных эмоций: он то начинал испытывать необъяснимое счастье, словно малый ребенок, то злился на свои решения, принятые впопыхах, да ещё и по неисправимому факту – молодости. А время словно ждало его, давая насладиться ностальгией, ползло медленно, шагая размеренно, минута за минутой.

Денерим

В столице у них был назначен целый маршрут: дом сестры Алистера, Голданы, временное убежище Маржолайн, дом брата Дженитиви, ну и, конечно же, «Жемчужина». Посещая одно место за другим, они решали мелкие проблемы, личные и не совсем, затем, разделившись, каждый отправился по своим делам. Ну а эльфы, как и подобает их расе (по мнению многих людей и гномов) зашагали в сторону борделя. Самое интересное, что Сурана не знал, что такое эта «Жемчужина», он просто шёл за Зевраном, попутно думая о случившемся в доме учёного и новой информации об Урне Андрасте.   
Марэн и Зевран вошли в здание и стали свидетелями потасовки. Несколько мужланов напали на хрупкую с виду девушку, но та, удивив Стража, махом расправилась со всей компанией. Каждый получил свою порцию пинков и затрещин, и все вместе они смылись подобру-поздорову. Зевран, стоявший рядом со стражем, признал в бой-бабе свою старую знакомую, капитана Изабеллу. Они подошли ближе и поприветствовали друг друга, а Изабелла стала внимательно разглядывать Марэна, который стал интересоваться, не может ли капитан преподать несколько уроков боя для его команды. В качестве проверки, стоит ли браться за обучение эльфа, девушка предложила игру в карты, и не видящий в этом никакого подвоха Страж, согласился. Но Изабелла была то ли очень умелым игроком, то ли очень умелым шулером. Марэн успел проиграть несколько раз перед тем, как Зевран вмешался и помог командиру, верно заметив, что Сурана не видит обмана игрока.

Губы Командора тронула лёгкая улыбка. Если бы не Ворон – кто знает, как бы повернулось дело. Так или иначе, после знакомства с пиратом отряд направился в горы южнее Орзаммара на поиски Священной Урны Праха. Долгий поход среди морозных гор и скалистых ущелий привел путников в Хэйвен.

Храм Андрасте

Всё здесь было не так: энергетика, жители и даже, казалось, тишина стояла неспроста. Недоверчивые и негостеприимные обитатели горной деревушки встретили путников злыми взглядами и неодобрительным бормотанием. Хотя вот ещё странно, жителей было видно совсем немного. Большинство находились на данный момент в церкви – слушали проповеди Преподобного Отца, прям как в Тевинтерской Империи. Не задавая лишних вопросов, «гости» направились прямиком в церковь, предполагая, что именно там им смогут сказать про учёного брата Дженитиви. И не ошиблись. Правда, без драки, как обычно, не вышло, но зато они нашли того, кого искали. По словам искателя Священной Урны, недалеко от деревни есть храм, где и хранится артефакт.
О да, храм великолепен. Ледяные сталактиты и сталагмиты скрывали часть резьбы, филигранно переливаясь на свету сквозь зияющие в пололке и стенах расщелины. Резные колонны, удерживающие стрельчатый свод, испещрённые символами и узорами, были покрыты коркой инея. Оставив Дженитиви у входа, Страж отправился на поиски артефакта, избавляясь по пути от агрессивных сектантов, считающих поселившегося в горах дракона самой Андрасте. Сурана никогда не был набожным, но, тем не менее, посчитал такое заявление богохульством, может именно это и стало причиной, почему Страж гробницы пророчицы пропустил его, дозволив пройти проверку «Перчатки». Вряд ли бесплотному духу есть дело до Мора и проблем простых смертных, чтобы пускать их в Священные чертоги места упокоения Андрасте. Вскоре Марэн получил то зачем пришёл – прах и поспешил вернуться к входу, где его ждал Дженитиви, не забыв по пути упокоить лжепророчицу с крыльями. Рассказывая ученому брату о храме, Страж торопился покинуть это место и не сказал и слова на предложение об открытии Храма миру верующих андрастианцев, лишь мысленно согласился с шуткой о введении проходной цены для прихожан.
Сразу же после того, как прах оказался в руках Стража, они поспешили в Редклиф – отнести эрлу Эамону лекарство. После того, как дядя Алистера пришёл в себя, Марэн терпеливо ждал, пока остальные изложат человеку последние события, и вот когда речь зашла про Мор и предательство Логейна, Сурана влез в разговор, требуя немедленно отправиться в столицу, и предпринять уже попытки по свержению узурпатора. Как ни странно Эамон с ним согласился и уже к вечеру они выехали из деревни.

В дверь тихонько постучали, и через пару секунд в проеме возникла Сигрун.
- Тут письмо пришло, говорят, что надо Командору передать.
Марэн вышел из-за стола и жестом попросил гному подойти, на что та приветливо улыбнулась и, закрыв дверь, подошла к эльфу, протягивая в руке бумажный свёрток.
- А от кого? – Сурана кинул взгляд на печать, принадлежащую стражам Амарантайна. – А, вижу, из Вейпсхаута.
«Наверное, что-то случилось в Крепости, иначе, зачем ему писать», - распрощавшись и поблагодарив гному, он с опаской положил письмо от его шпиона в Вейпсхауте на стол, не решаясь пока его раскрывать.

Денерим

В Денериме появилось немного свободного времени, и Сурана решил навестить трактир, чтобы собрать информацию, но стоило ему только зайти в торговый квартал, как озорной мальчишка передал Стражу письмо. Не успел эльф и слова молвить, а курьера уже и след простыл. В сообщении говорилось, что некто хочет видеть Серого Стража в трактире «Покусанный дворянин», куда собственно и направлялся Марэн. Он пришёл в заведение, где его ждал мастер Игнасио, представитель одной из семьи Антиванских Воронов, и как ни странно, он позвал Стража, чтобы предложить ему «перемирие» и даже больше – заручиться помощью мага. Марэн принял предложение, раз уж эти птицы перестали за ним охотиться, осознав необходимость стражей, почему бы и не помочь. После они направились куда и шли – к Эамону.   
В поместье эрла их ждала внезапная новость: к эрлу прибежала напуганная и взволнованная эльфийка, служанка королевы Аноры, она рассказала, что последняя сейчас в плену у Рендона Хоу и ей нужна помощь. Чья? Почему-то все решили, что именно его. Будто некому больше. Сурана не стал высказывать свое мнение о том, что всё это выглядит более чем подозрительно, и отправился «спасать» королеву из грязных лап Хоу.
Переодевшись под простых стражников и проникнув внутрь поместья, они добрались до комнаты, где держали заложницу. На двери была магическая защита, а маг… почему-то маг, наложивший щит, находился в подвале. Хотя трудно было представить, что именно они ещё обнаружат в подвале, точнее кого: Старшего Серого Стража Орлея, Риордана, бывшего аристократа, жившего в этом доме, и ещё одного высокородного пленника, которых Сурана отпустил, взяв с них обещание принятия голосования на Совете земель. Ну и, в конце концов, самого эрла Хоу, которому был выдан экспресс-билет в Златой Град. После освобождения Аноры они попали в лапы людей Логейна, Сурана обвинили в убийстве эрла и с боем отправили их вместе с Алистером в темницу форта Драккон. Очнувшись в одних трусах, эльф первым делом обматерил проходящего мимо стражника, обвинив его в извращенности. Все попытки выбраться из-за решетки провалились, и оставалось надеяться, что их выпустят хотя бы посмотреть на Архидемона. Но нет, Зевран и Морриган решили, что Стражи им ещё нужны и каким-то образом пробрались в форт освободить их. Оказавшись в поместье эрла Эамона, они узнали, что до собрания земель необходимо выяснить ещё одну вещь: что творится в эльфинаже. Немного передохнув, Марэн отправился в район, где живут его городские сородичи. Не самое приятное место, надо сказать, а вкупе с чумой так и вовсе больше походит на свалку отходов.
Шиани, местная эльфийка, что пыталась выяснить, куда уводят тевинтерские «целители» их родственников, попросила помочь ей в этом Сурана. «О, всего-то тевинтерцы!», - подумал тогда эльф, входя в лечебницу. Новость о том, что тевинтерские маги продают денеримских эльфов в рабство, привела Стража в бешенство и даже предложение магистра с помощью магии крови помочь Сурана с умениями вызвала у эльфа только кривую ухмылку. Мага он не убил, а лишь просил передать его коллегам, что если они ещё раз захотят сунуться сюда, то пусть сразу идут прямо к Марэну, чтобы не тратить время обеих сторон.

По телу пробежала легкая дрожь, на душе стало как-то не по себе: и мерзко, и тоскливо одновременно. Командор, сам по себе уже давно не делил никого по расам, ещё в Башне Магов было неважно, какой формы уши, куда важнее магический потенциал. В ордене Серых Стражей тоже нет этого – все, какой бы они ни были расы, сражаются за одно дело. И всё же притеснение эльфов вызывало у Сурана чувство беспомощности.

Второе нападение Воронов

В очередной раз, когда Марэн с друзьями прогуливались по городу, в одном из закутков улиц столицы им перекрыли путь вороны. «Опять?» - эльфа начинали злить эти вечные проблемы, сыплющиеся  на их головы, словно снег в декабре. Однако эта встреча не предвещала счастливого исхода: отдавать Зеврана в когтистые лапы гильдии Страж не собирался, да и сами они уйти мирно не захотели.  Им же хуже. В той схватке Марэн чуть не распрощался с жизнью, когда выставил посох, принимая удар секиры одного из воронов. Древко переломилось пополам и если бы не вовремя подоспевший Аранай, следующий удар стал бы летальным для Стража. Сие обстоятельство вызвало у Сурана легкий шок, так как посох он получил ещё в круге и никогда в жизни не задумался бы о его смене, а теперь придется. Уже после того, как они разобрались с нападавшими гильдейцами, эльф взял в магической лавке первый попавшийся посох, лишь бы был.

Собрание Земель

На Собрание земель съехались все, кто имел право голоса здесь и многие были обязаны Стражу. В общем голосовании Логейн проиграл в пух и прах, но не сдавался – освободитель народа Ферелдена от гнёта Орлея запросил дуэли у Марэна и тот охотно принял вызов. Победив в поединке, Сурана решил, что предатель Кайлана заслуживает только смерти. В итоге было решено, что трон займут Алистер и Анора, чья церемония бракосочетания состоится после победы над Архидемоном. Всё готово к встрече орды: армия собрана, трон занят истинным наследником, но вот сам Алистер расценил помощь друга, как предательство. Правда ворчал он недолго – мягким голосом Марэн пояснил товарищу, что страна без него не справится, и король успокоился.

Архидемон

В замке Редклифа, где находилась армия эрла Эамона, собрались и все остальные участники войны. Волна порождений тьмы, напавшая на деревню, не была основной, здесь не было их предводителя, а вот основная двигалась на Денерим. Было решено утром выходить на столицу, а пока их ждал кратковременный отдых. Именно там, впервые за все время стражам поведали причину, по которой Архидемон должен быть убит одним из ордена. Новость была не из приятных, но и нельзя сказать, что Марэн сильно удивился или напугался возможности умереть в бою. Отправляясь спать, чтобы хоть немного отдохнуть перед решающим сражением, он обнаружил в своей спальне Морриган. Ведьма рассказала Стражу, что есть другой способ – ритуал, который многие бы назвали магией крови и если его провести, Сурана не погибнет, нанеся последний удар Архидемону. Возможность спасения породила животный страх перед смертью, и эльф просто не смог отказаться от шанса сохранить жизнь.
Утром, стараясь не вспоминать о произошедшем, Страж вместе со всеми отправился к Денериму – месту, где всё должно решиться. Давно Тедас не видел такого союза: люди, в том числе и маги, гномы и эльфы – все вышли, чтобы защитить свои земли от страшной напасти, имя которой Мор. Столица Ферелдена приняла под свои стены воистину великую армию, ибо только сегодня все расы забыли о своей вражде, объединившись под единым знаменем, они шли одним строем.
Ворвавшись в город, Страж и все его близкие друзья, помогающие во время похода, стали расчищать площадь от порождений тьмы. На тот момент Сурана не думал практически ни о чем, он лишь смотрел, чтобы Морриган не задели, переживая за магессу, он даже не смог её оставить, чтобы оборонять ворота, решил взять с собой, не выпускать из-под своего присмотра. Оставив Огрена за главного, Марэн с верной троицей – Морриган, Алистером и Зевраном – отправился к форту Драккон, куда Риордан хотел заманить Архидемона. Уничтожив по пути военачальников, они подошли к верхним этажам темницы. Сердце билось, словно норовя выпрыгнуть, Страж больше всего на свете сейчас боялся провалить свою миссию, его кровь холодил страх, что он не сможет защитить близких ему людей и именно он же придавал сил. Здесь, на крыше форта уже были сражающиеся с предводителем орды, но Архидемон не собирался сдаваться и даже, кажется, не замечал их. Зато заметил их - Серых Стражей и ринулся в атаку, посчитав двоих наиболее резкой угрозой. И откуда только взялись силы, вёрткость и храбрость для сражения с таким противником? Жажда жизни управляла им тогда или же более благородные инстинкты? На эти вопросы сможет ответить разве что сам Создатель. И когда израненный дракон упали на каменный пол, что-то лопнуло внутри, Сурана, отбросив посох, схватил ближайший меч, что валялся рядом и кинулся на врага, вонзив острие тому прямо в глаз. Ослепительный свет заполонил округу, Страж чувствовал, как сквозь него проходит сила, и мощность её была такой, что он уже не надеялся на чудесное спасение, ибо думалось ему – он не выдержит.
Пришел он в сознание только через пару дней, в честь чего состоялся праздник, а самого Марэна нарекли Героем Ферелдена. Известие о том, что Морриган ушла сразу после битвы слегка омрачила торжество, но был искренне рад видеть всех остальных: короля Алистера в роскошных доспехах, улыбчивую и счастливую Винн, всё такую же сияющую добром Лелиану, шутливого и веселящегося Зеврана, слегка поддатого, но радостного Огрена и всё такого же строгого Стэна. Король Ферелдена отдал стражам Башню Бдения, ранее принадлежащую семье Хоу, а Сурана получил титул эрла Амарантайна.

Теги: Серый Страж,маг, анкета

+4

2

- Уже более десяти лет прошло, а память никак не хочет вычеркивать тех моментов, - на лице Командора отразилась боль, было видно, что воспоминания даются ему не легко, но и забывать их он не вправе. Став Командором, он первым делом заказал себе новый посох, тайно отправив подчиненного в Тевинтер, ибо только в Империи могли сделать то, что ему требовалось. Результат, казалось, превзошел все ожидания эльфа: удобное гладкое древко вишнёвого цвета, изящной работы золотые лианы, поддерживающие крупный ромбовидный кристалл тёмно-бардового цвета, внутри которого была кровь самого Архидемона. Это оружие Марэн почти никогда не выпускал из рук, оно стало ему надёжной опорой и верным помощником в исследованиях.

Башня Бдения и Черные Болота

Башня Бдения – крепость в одной из самых богатых провинций Ферелдена, защищённая с трех сторон скалами и невысокими, но длинными отрогами, старинная, построенная ещё народом авваров двенадцать веков назад. Донжон, перед которым разрослись два полукруга двора, две небольшие квадратные башни, и всё это окружено деревянным частоколом. Да, с этим даже Пик Солдата не идёт ни в какое сравнение. Ещё бы не порождения тьмы, портящие всё это великолепие одним своим присутствием.
Мхаири, девушка, которую послали сопровождать Сурана в земли эрлинга Амарантайн, оказалась претендентом на звание Серого Стража, а теперь помогала сражаться Командору с гарлоками. Отчистив внутренний двор, они вошли в саму крепость. Тут их ждал ещё один сюрприз: маг-отступник неизвестно, как попавший в Башню стражей. Судя по представившейся им картине этот «гость» только что встретил храмовников, а они, кстати, как раз уже расположились на полу. Для близкого знакомства времени не было, и, договорившись на взаимопомощь, уже втроём отправились дальше. Сюрпризы не закончились одним магом, в небольшом зале, куда они вошли Марэн услышал до боли знакомый голос, тут уж ошибки быть не могло – перед ним его старый друг и товарищ, Огрен! Вчетвером и дело пошло быстрее, очистив жилые помещения от врагов, они снова вернулись во внутренний двор. Оглушительный грохот заставил закрыть уши ладонями – всех порождений тьмы, которые находились на тот момент на этом участке, объяло пламя, пожирая тела тварей. Гномья взрывчатка сделала своё дело, а Командор мог быть уверен, что именно здесь больше нет ни одного врага, стоит отправляться дальше – на стены донжона. Сколь велико было удивление Стража, когда перед собой он узрел говорящее порождение, изрекающего логические мысли и, даже можно сказать, весьма умно. После кратковременной битвы, в ходе которой им удалось сохранить жизнь сенешаля Башни Бдения, им сообщили о приезде короля Алистера. Как и стоило ожидать от того, монарх прибыл в сопровождении храмовников, точнее храмовницы, и только они приблизились, как женщина накинулась с претензиями на Андерса. Оказалось, что маг сбежал из Башни Круга, по его словам уже не в первый раз, а сейчас скрывался от преследователей. Сурана понимал, что не вмешайся он сейчас в конфликт и для отступника всё может кончиться плачевно, и объявил Право Призыва. Такой ход немало разозлил храмовницу, но деваться-то некуда – король поддержал Стража-командора. Итак, Башня отбита и осталось дело за малым: ритуал посвящения в Серые Стражи. Огрен, изъявивший желание вступить в орден, маг-отступник и Мхаири – все троя стояли перед Марэном и слушали традиционную речь, принимая кубок с кровью порождений тьмы. Двое из трёх прошли испытание, не повезло лишь девушке, что пришла с ним. Сурана заранее готовился к такому исходу, потому не был сильно опечален, отчего-то он видел, что именно она не переживет ритуала. «Что это, магия крови или последствия энергетики Архидемона?», - сложно было сказать точно. Сразу же после ритуала, Командор приступил к выполнению своих прямых обязанностей: ему передали, что недавно был пойман вор, забравшийся в крепость и, решить его участь предстоит эрлу.
В темнице, Марэн попросил стражника выйти и начал беседу с преступником. Личность за решеткой оказался не простым вором, это был сын бывшего эрла Амарантайна, Натаниель Хоу. Спокойно выслушав обвинения в свой адрес, Сурана был готов вынести приговор, и когда сенешаль спустился в темницу, Командор огласил его: «Подготовьте всё к ритуалу, Вэрел, я хочу взять данного человека в орден». Абсолютно понятно, что Натаниель был удивлен таким решением, но Герой Ферелдена был уверен в своём выборе, что-то подсказывало ему об этом. Правда, сначала предстояло провести приём. В главном зале крепости собрались все местные аристократы, и все они были обеспокоены нападениями порождений тьмы. Одни требовали усилить стражу города, другие деревень и все надеялись на поддержку Стража-командора. Подумав, он дал ответ: «Город можно отстроить, поля засеять заново, а человеческую жизнь не вернуть. Я не хочу, чтобы люди моего эрлинга стали голодать, а посему войска будут охранять Тропу Пилигримов». Недовольные таким решением гости всё же не стали оспаривать решений эрла и разошлись. Теперь можно подумать и о ритуале. 
Ну, а пока сенешаль готовит всё к Посвящению, Страж отправился на Чёрные болота, где по найденной информации должен находиться Кристоф – один из Серых Стражей.   Место, надо признаться, не самое радостное: зловонное болото, распускающее миазмы страха и впитавшейся за это время боли. И чувство было, будто за ними кто-то наблюдает с того самого момента, как они сюда пришли. Искаженные, словно в муках, голые стволы чёрных деревьев, полу-обрушившиеся строения, торчащие, будто гнилые зубы старого нищего, и булькающая трясина – вот и весь пейзаж. Стража они, конечно, нашли, но он был уже мёртв, зато тут им встретилось ещё одно говорящее порождение тьмы, оно-то и отправило всех их в Тень – ловушку, заготовленную Матерью. Кто такая, эта Мать? Пока не понятно. Участок Тени, в который они попали, был отражением Чёрных болот прошлого. Деревня, что здесь была ещё целой, терпела угнетения со стороны Баронессы, мага, поставленного во главу сего поселения.
«Получается, это селение существовало ещё во времена, когда эти земли принадлежали Империи», - этот факт очень заинтересовал Стража, да и всё равно подобного случая он ещё не встречал. Это же надо, перенести целое селение в Тень, умело, ничего не скажешь. Марэна восхищали маги прошлого, нынешние им были не ровня.
При приближении к поместью стражи стали свидетелями выражения недовольства жителями деревни. Затравленные кознями Баронессы, они стояли перед воротами её дома и требовали вернуть им детей, которых колдунья якобы похитила. Возглавлял это местное ополчение Дух, который и привлёк внимание Марэна больше, чем всё происходящее вокруг. Он и до этого видел в Тени этих «мирных демонов», но чтобы они вмешивались в дела смертных – впервые. Как и следовало ожидать, он попросил у стражей помощи в борьбе с магессой, и эльф, заинтересовавшийся этим существом, охотно согласился. Справедливость было имя этому духу, его благодетелью и целью. И вместе со Справедливостью они ворвались во двор поместья Баронессы, там же был и Первый – говорливое порождение, заманившее их сюда. В ходе битвы магистресса вернула их в настоящий мир, перенеся туда и Справедливость, который попал в мёртвое тело Кристофа. Не было времени побеседовать о прелестях этого мира и не очень лицеприятном внешнем виде мёртвого тела их друга из Тени, надо залатать дыры в Завесе и прикончить уже эту взбалмошную бабу, а уж потом и решать, что делать с духом. Так они и поступили, нельзя ведь заставлять ждать женщину? Прорывы в Завесе устранить было проще, чем победить демона Гордыни, но они справились, а после договорились с духом о том, что он пока останется помогать Марэну и будет мстить за Серого Стража, в теле которого сейчас находится.

Чащобные Холмы

Расследование о новом виде порождений тьмы привело их в место под названием Чащобные Холмы, где, по словам охотников, были замечены эти твари. В холмах они обнаружили старые гномьи руины города Кэл Херол. Любопытство и шанс открыть еще один кусочек тайны умных порождений тьмы заставили отряд погрузиться в темные коридоры и комнаты заброшенного города. На пути вниз они догнали отряд тварей, тащивших за собой одинокую гномку. Напав и перебив подземных чудовищ, Марэн со своими спутниками спас девушку по имени Сигрун, воина Мертвого Легиона. Их отряд перебили неожиданно появившиеся твари, сама же гнома спаслась, потому, что сбежала в последний момент, испугавшись смерти. Чувствуя вину за это, она присоединилась к стражам и вернулась в город-призрак.
Как и до этого в Орзаммаре, Сурана любовался архитектурой подземного народа, восхищался и жалел, что ему вновь не удастся изучить всю эту красоту лучше. Правда ко всему великолепию Кэл Херола можно прибавить ещё и память камня – бестелесные призраки, поведавшие путникам, что произошло в городе, когда его оставили те, кто должен был защищать, бросив его жителей на произвол судьбы. А ещё, можно упомянуть, что чем ниже они спускались, тем отвратнее становилась обстановка: новый вид порождений, дети, запоганили всю архитектуру своими коконами и слизью. На нижних ярусах стражи обнаружили двух Первых, сражающихся друг с другом. И до этого страж замечал, что порождения тьмы в эрлинге конфликтуют, что наводило на мысль о существовании двух группировок, не поделивших что-то между собой. Вопрос стоял в другом: кто ими управляет? Одно «странное» упоминание уже было – Мать. Это становилось всё интереснее, Сурана никогда не слышал, чтобы этих тварей вёл кто-то кроме Архидемонов. Долго размышлять не пришлось – надо было ещё закончить «чистку» города, а это значит, предстояло убить выжившего Первого, причем мага, железного голема и несколько маток. Покончив с недружелюбным населением Кэл Херола, страж предложил воительнице Сигрун вступить в ряды Серых Стражей, аргументируя это тем, что Легиона больше нет, а Стражи сражаются с тем же врагом. Гнома радостно приняла предложение Марэна, чем несказанно осчастливила Огрена.

Лес Вендинг

По просьбе Торговой гильдии, стражи направились в лес Вендинг, чтобы узнать причину, по которой обозы с товаром не могут проехать этот участок Тропы Пилигримов. По состоянию вывороченных повозок можно было с уверенностью сказать, что  нападавшие не простые разбойники, да и товар как таковой не тронут, значит, это делается не с целью ограбления. Вскоре после изучения места преступления, они вышли к мосту, за которым появилась одна очень интересная особа: эльфийка, скорее всего долийка и, судя по тому, что она владела магией, Хранительница или Первая. Кинув пару колких предупредительных фраз, девушка исчезла, а стражи двинулись дальше. Для Сурана лес представлял кладезь знаний тевинтерской культуры, именно здесь он обнаружил авварских каменных воинов, проклятых магистром древности. Эльф решил, что вернётся сюда, как только выпадет свободное время.
Напротив заброшенных руин стражи обнаружили долийский лагерь, правда, вот самих эльфов в нём не было. Оружие, разбросанное по всему лагерю, с виду принадлежало людям, однако отсутствие тел и прочих признаков битвы настораживало. Зная, что долийские эльфы вряд ли бы оставили свой лагерь просто так, Марэна удивило это обстоятельство, особенно то, что он чувствовал лёгкую энергетику порождений тьмы, хотя по всем источникам информации их здесь быть не должно. Пока они осматривались в окрестностях, наткнулись на израненного человека, своим рассказом он залатал все «дыры» в истории с эльфами. Напавшими на клан долийцев были никто иные, как порождения тьмы, но то ли Создатель добавил своим «детям» мозгов, то ли предводитель, что отдает указы этим тварям, был действительно умён, а значит и более опасен, чем предполагал Командор. Разбросав оружие людей подле аравелей, проклятые соседи гномов стравили эльфов и проезжающих мимо купцов, заставив ту долийку думать, будто в случившемся виноваты именно люди. Сурана не прогадал, предположив, что встретить эльфийскую магессу они могут именно в лагере. Девушка приняла «гостей» довольно таки агрессивно, и объяснить ей ситуацию оказалось не простым делом. Но, как говориться, невыполнимых задач не существует и вот они вместе с Веланой, так назвалась эта милая леди, направились в руины, что возвышались среди деревьев напротив лагеря. Ведь если речь идёт о порождениях тьмы, то искать надо именно в таких местах, как эта древняя каменная постройка, чьи лабиринты комнат и коридоров наверняка уходят под землю. Внутри их уже ждали и стражи попали в умело заготовленную ловушку с усыпляющим газом. Смутно Командор помнил чьё-то лицо и помещение больше походящее на лабораторию, но его мозг отказывался воспроизводить больше информации. Очнулись они уже в темнице, где их встретила сестра Веланны. По внешности эльфийки Страж мог с уверенностью сказать, что она заражена скверной, но при этом девушка вполне адекватно разговаривала. Мир чудесами полнится, как говорил один умный человек. С помощью зараженной эльфийки они выбрались из камеры, правда вещей при них не было, как и оружия, благо Марэну не обязателен посох для того, чтобы творить заклинания. Пробираясь под мрачными сводами руин, они разбирались по пути с их жителями и возвращали свои вещи. Любопытству Сурана не было границ, он постоянно останавливался, пристально всматривался в трупы, над которыми проводили эксперименты, собирал образцы крови с них и читал все записи, что попадались на пути. Так он потихоньку стал понимать происходящее, но времени додумать ему не хватило: во-первых, они встретили торговца кунари, снабжающего порождений припасами и Командор предложил ему прогуляться до Башни Бдения, вспомнив, что им необходимо развивать торговлю. Во-вторых, дальше по коридору они встретили второго предводителя этих глубинных тварей – Архитектора. Разговора не вышло: он удалился вместе с сестрой Веланны и гномой Утой, завалив за собой проход, и лишь два дракона-детеныша остались развлекать гостей. Так ничего и не добившись, они отправились в крепость, чтобы провести ритуал посвящения для Хоу, Сигрун и теперь ещё Веланны, изъявившей желание присоединиться к Серым Стражам, чтобы найти свою сестру.

Посвящение и Амарантайн

Как и ожидалось, все трое выжили, новых напастей не было, и выдалась краткая передышка, во время которой Сурана направился в Амарантайн. Выйдя из Башни Бдения, во внутреннем дворе он увидел небольшого рыженького котёнка, судя по всему, животное было бездомным. Именно в тот момент он вспомнил, что Андерс упоминал о коте, который был у него Башне Круга и решил рискнуть предложить котёнка ему. Марэн не прогадал – радости мага не было предела. Окрестив кота сэром Ланселапом, Андерс довольный и весьма воодушевленный, особенно тем, что Сурана разрешил оставить животное в Башне, направился за Командором в город.
В Амарантайне они встретили сестру Натаниеля, она убедила брата в том, что их отец сам виноват в случившемся с их семьёй. Теперь Герою Ферелдена не надо было доказывать свою правоту по этому вопросу, это избавило его от подробного рассказа о случившемся и немного облегчило жизнь в плане отношений с младшим Хоу. Веланна нагрубила паре городских эльфов из-за их раболепности, доказывая тем самым, что является бессердечной фурией, но Марэн относился к этому сардонически, даже порой умилялся таким выходкам долийки. Справедливость удивляло то, как необычен и прекрасен мир смертных, он с заинтересованностью разглядывал абсолютно всё, мимо чего они проходили, слушал разговоры и стремился понять мироустройство. Сигрун рассматривала безделушки, поражаясь их изобилию, ну а Андерс вспомнил цель своего приезда в эрлинг – добыть филактерию, которая хранится на каком-то складе в Амарантайне. На этом самом складе не оказалось ничего, кроме уже знакомой им храмовницы. Она потребовала от Марэна возвращения Кругу мага, на что снова получила отказ. В этот раз Алистера рядом не было и дело миром решить не получилось.
Они прошлись по рынку города, накупили всякой мелочевки и довольные направились обратно в Башню Бдения, где их уже ждала Фельзи. Разгневанная гнома кинулась на Огрена с претензиями, эльф попробовал найти мирное решение, но получил в ответ пару нелицеприятных эпитетов и неодобрительный взгляд. Гном, как оказалось, оставил за стенами Башни сына, посчитав, что негоден для роли отца. Это немного насмешило Марэна, но он заверил друга, что поможет ему и в этом деле.
Всё шло, как и должно: рекруты в орден стали прибывать, торговля нормализовалась, доход стабилизировался, крепость отстраивалась лучшими мастерами-гномами. Командор не скупился на укрепление стен Башни Бдения, серьёзно полагая, что им ещё могут предстоять сражения, к которым стоит подготовиться.

Нападение на Амарантайн и битва с Матерью

Следующий день выдался не таким лёгким и радостным, как предыдущие: с самого утра в главном зале башни собрались уже знакомые Сурана аристократы, они требовали, чтобы Командор предпринял какие-нибудь меры по защите своих земель. Но не успели они решить, как именно это делать и в зал забежала запыхавшаяся эльфийка, она принесла весть о том, что на город напали порождения тьмы. Взяв с собой верную команду – Андерса, Натаниеля и Огрена – он отправился в Амарантайн. Город встретил их криками жителей, шумом схватки и «запахом» порождений тьмы. С боем прорываясь к центру поселения, отряд наткнулся на капитана городской стражи, который поведал страшные подробности вторжения. По его словам, город было уже не спасти – слишком большой ущерб нанес враг. Разговор был прерван слугой Архитектора, который принес не менее «приятную» весть – слуги Матери подступали к Башне Бдения, а те, что были сейчас в городе, должны были присоединиться к ним. Перед командором серых стражей встал серьезный выбор: остаться и попытаться выгнать порождения тьмы, или выдвинуться к Башне, навстречу основным силам Матери. Взвесив все «за» и «против», Марэн решил освободить Амарантайн и спасти выживших. Далеко не все одобрили это решение, но слово Сурана было слишком весомо. Убедив посланника Архитектора помочь победить оккупантов, Марэн со своим отрядом и при поддержке стражей города очистил Амарантайн от большинства порождений тьмы. После битвы, отдыхая в церкви, а ныне - командном центре, командор получил весть о новой волне врагов. По словам очевидца, они прорывались из гостиницы. Отбив атаку и обследовав здание, Марэн обнаружил спуск в подземные переходы, по которым Дети, огры и прочие монстры проникали в город. Разобравшись с угрозой, надо было спешить на кладбище Драконов, где находилось логово Матери. Командор устало улыбнулся, осматривая город, и было в его улыбке что-то печальное, скорбящее. Марэн распорядился отпустить посланника Архитектора и направился в логово врага.
Страж и его спутники встретили немало врагов на пути к логову матери и чем дальше они заходили, тем свирепее и опаснее были твари. К слову, по дороге Сурана заметил множество устройств и строений тевинтерского образца. Кристаллы улавливали магическую энергию, заключенную в печати, и, что самое удивительное, даже через столько лет всё работало. Да, когда-то Империя была поистине великой страной. В одной из башен, где находились печати, к ним вышел сам Архитектор. Он поведал Марэну о своих экспериментах по «освобождению» порождений тьмы от цепей скверны и о требующейся для этого крови Серых Стражей. «Если это поможет остановить бесконечную борьбу – то цена просто смешная», - подумал тогда Сурана. Архитектор попросил убить Мать и обещал помочь в битве, на что командор ответил согласием. Заручившись поддержкой могущественного существа, отряд вошел в чертоги Матери, уже ожидавшей их с распростертыми щупальцами. Отвратительное создание обвинило своего создателя в освобождении Уртемиеля, Древнего Бога, причины пятого Мора. Архитектор объяснил это «экспериментальной неудачей», но Мать развеяла иллюзию, которую представлял собой спутник отряда, и решила вплотную заняться незваными гостями. При помощи подарка тевинтерских умельцев Стражи победили Мать, навсегда прервав осаду Амарантайна.
По дороге на поверхность они уже не встречали порождений тьмы – те бежали, лишившись своего предводителя. Архитектор сдержал слово и забрал с собой на Глубинные тропы своих подчиненных. Стражей других стран поразила новость о спасении Архитектора, но даже тщательные поиски не помогли отыскать его. Многие боялись, что живой он вскоре начнет новый Мор, но Тропы были удивительно спокойны и все решили, что сейчас всё в руках Создателя. Спасение Амарантайна и потери Башни Бдения всколыхнули страну – со всех уголков потекли пожертвования в казну, которые помогли всего за год восстановить город, а еще через пять лет – крепость Серых стражей. По возращению в Башню Бдения их ждала неприятная новость: Справедливость погиб, защищая крепость, точнее пал, несомненно, Кристоф, ибо духа убить было невозможно, но что с ним стало – никто так и не узнал.

После...

Мало-помалу жизнь нормализовалась, торговля в эрлинге процветала, Серебряный легион, защищавший башню при нападении порождений тьмы, добросовестно следил за порядком. Через полгода Марэн уехал в Орлей, его пригласили для обучения орлесианских стражей, да и сама Императрица изъявила желание увидеть Сурана. Пробыв в Орлесианской Империи около года, Страж вернулся в Амарантайн. Здесь было почти всё так же (реконструкцию башни к тому времени ещё не закончили), за исключением одного – Андерс покинул орден по вине новых Серых, что были посланы Первым Стражем из Андерфелса. Это Марэн узнал от Сигрун, гнома рассказала, что те обвинили мага в мягкости из-за сэра Ланселапа, да и вообще отношения между ними не заладились. Мор больше не угрожал миру, а значит можно было углубиться в собственные изыскания. Маг начал серию экспериментов, отчасти руководствуясь примером Архитектора – он искал способ очистить себя от Скверны и тем самым стать свободным, изъять из себя этот медленный яд. Марэн отправился в путешествие по Ферелдену, разыскивая древние руины тевинтерских построек, отдавая предпочтение тем местам, где могли находиться библиотеки. Изучая литературу, написанную руками древних магистров, он всё больше погружался в мир древней магии и учился управлять собственными силами на примере истинных мастеров. Удача, однако, не всегда сопутствовала ему: многие библиотеки были сожжены, и среди обгорелых корешков и книжных стеллажей редко удавалось найти даже крохи полезной информации; в других местах Марэна поджидали смертоносные магические чудовища, охраняющие сокровища своих давно ушедших в небытие хозяев; несколько раз он даже сталкивался с недовольством и непониманием со стороны местного населения, и приходилось отступать, дабы не опорочить звание Командора и не выдать в себе мага крови. Тем не менее, знания постепенно заполняли чашу его ума: многочисленные эксперименты, проводимые Сурана над животными и не увенчавшиеся должным успехом, последовавшие за ними истязания над приговоренными к смерти преступниками… Каждый шаг, пусть и ошибочный, награждал его бесценным опытом. В своей лаборатории маг хранил образцы крови самых разных порождений тьмы, и даже кровь Архидемона Уртемиеля, приобретенную в той памятной битве над Денеримом. Часть ее он использовал для создания своего собственного, уникального посоха, верой и правдой служившего ему все годы экспериментов и научных поисков.
Сурана много времени проводил в Тени, пытаясь найти ответы там. Он общался с жителями призрачной реальности, бродил по бескрайним её территориям и «наградой» ему стал ответ, что искоренить скверну из крови полностью невозможно. Сон ли это? Сверившись с трудами Авернуса, ученого из Пика Солдата, которого Марэн оставил в живых ещё во время Мора, Страж понял, что это правда. Старый маг крови предлагал усовершенствовать ритуал посвящения, используя не чистую кровь порождений тьмы, а только полезную её составляющую. Сурана был полностью согласен с ним, но не мог сам заняться подобными экспериментами, дабы не опорочить своё имя в ордене, а потому доверил Авентусу продолжать его исследования. 
«Раз нельзя вывести её полностью, значит должен быть способ заглушить эту отраву, не дать ей сводить своего хозяина с ума», - не унимался Командор. Нередко эльф сам пил свои эликсиры, проверял их действие на Серых Стражах и проводил опыты с собственной кровью. В итоге он выяснил, что его кровь прекрасно подавляет Зов, причиной могла являться, как магия, так и энергетика Уртамиэля, прошедшая сквозь эльфа.

Через некоторое время в Башню Бдения пришли Стражи из Вольной Марки, а вскоре из-за моря дошли вести о нападении кунари на Киркволл и о героине, что спасла город от северных пришельцев, а имя ей – Мариан Хоук.
После этого происшествия в Марку отбыл Натаниель, чтобы изучить глубинные тропы, по которым прошла Хоук. Сам же Марэн не смог покинуть Башню Бдения, так как был занят делами ордена: Первый Страж высылал Сурана всевозможные задания и требования, в ответ на это Командор Амарантайна, усомнившийся в кандидатуре своего начальника, решил выяснить, что же за человек возглавляет их орден. Марэн видел его всего раз, когда ездил в Андерфелс ради библиотеки Вейпсхаута, в которой хранится вся информация по пяти морам и скверне. И на первый взгляд глава ордена Серых Стражей показался эльфу неинтересным в плане изучения данной личности, теперь же того требовал долг самого Командора – всё, ради блага ордена.
Волна безумия, охватившая Тедас после того, как в Киркволле прогремел взрыв, захлестнула и Ферелден – Круг Магов, полный сомнений на счёт необходимости революции, распался на две части. С одной стороны были те, кто ещё помнил, к чему это может привести – восстание Ульдреда, а с другой – маги из Орлея и Неварры, которых перевели в Ферелден после того, как башню восстановили. Разрываемый сомнениями, Марэн всё же отправился в родной Круг Магов, чтобы поуменьшить пыл ферелденских магов, он не хотел повторения истории. Информаторы из Вольной Марки постоянно докладывали о ситуации в Киркволее и известие о том, что Защитница приняла сторону храмовников, резко поубавило уважения к её персоне, а когда до Стража-командора дошли слухи о том, кто был виновником восстания магов, спокойствие эрла Амарантайна и вовсе стало шатким. Из Орлея дошли вести, что тамошние маги тоже последовали примеру собратьев из Вольной Марки, но как бы Герой Ферелдена не хотел вмешаться, он получил недвусмысленный приказ от Первого Стража: «Это не наша война Страж-командор, не вздумайте вплести наш орден в безумия прочего мира». Тем не менее, Сурана воспользовался моментом: маги, ушедшие из Кругов, единой волной направились в Тевинтер, Страж перехватывал всех, кого мог и объявил набор магов-стражей.
Известия из-за Недремлющего моря всё прибывали: Мариан покинула город, отправившись в неизвестном направлении, а в это время Киркволл полностью перешёл под контроль храмовников, что продолжали время от времени притеснять магов. Самому же Стражу пора было отправляться в Андерфелс. Словно уходя навсегда, он тепло попрощался со всеми, кто находился в Башне Бдения, прогулялся по улочкам Амарантайна и направился в сторону Денерима - надо было основательно подготовиться, предупредить тамошних знакомых о возможном перевороте в Башне Бдения (мало ли, вдруг его планы уже известны Первому Стражу) и пополнить запасы ингредиентов.

9.Навыки и способности:

Маг Крови.
Жизненная сила - когда маг крови прибегает к умениям своей специализации, он использует жизнь (свою или чужую) вместо маны. Этот эффект не имеет ничего общего с истощением или ожогом маны, которые случаются с неудачливыми чароплетами; маг крови получает больше силы, нежели обычный маг без помощи лириума.
Жизненная сила так же использовалась в прошлые века для усиления эффектов иных чар, однако теперь, после веков гонений на магию крови, эта техника считается утерянной.
Эффект использования жизненной силы отвращает от мага благих духов Тени, поэтому Духовный Целитель, ставший магом крови, скорее всего утратит свои силы.
Кровавая жертва -  маг может высосать жизненную энергию союзника, находящегося не далее 20 метров от него; дополнительные условия: маг должен видеть союзника, и тот должен быть согласен подвергнуться действию этого заклинания. У союзника непременно должна быть кровь (например, подобный трюк нельзя проделать с големом).
Кровоточащая рана - малефикар заставляет кровь всех врагов в радиусе 12 метров вокруг вскипеть, причиняя им ужасную боль. Заклинание не действует на цели, у которых нет крови или заменяющих её жидкостей. Например, оно не действует на големов, но действует на диких сильванов— у них есть сок. Иллюзорные и бестелесные существа, такие, как тени и духи пепла, также не повержены действию этого заклинания.
Раб Крови - цель заклинания становится безвольной марионеткой колдуна. Пока маг сохраняет концентрацию, он может заставить жертву совершать простые действия: идти, сражаться, говорить, переставлять предметы или перемешивать жидкости. Более сложные действия, например, сотворение заклинания или применение жертвой особых умений - невозможны. Во время действия заклинания жертва сознает что происходит (как минимум - что происходит что-то не естественное), так же все время она должна находиться в поле зрения заклинателя.
Таким образом невозможно управлять целями без крови или заменяющей ее жидкости.
Поиск по крови - имея образец крови цели, маг может определить примерное направление и расстояние, на котором находится цель.  Это заклинание тесно связано с созданием "филактерий", и именно эту магию применяют храмовники для выслеживания беглых магов Круга.
Мистический Воитель.
Боевая Магия - маг овладевает умением сражаться неким оружием, увеличивая собственную мускульную силу маной.  Пока действует режим "боевой магии", чародей бьется на равных с обычными воинами, но иные заклинания пожирают больше маны.
Аура Мощи - совместимое с "боевой магией" заклинание, наполняет тело чародея невероятной мощью, позволяя ему почти обойти пределы человеческих возможностей. На одну минуту маг может поднимать предметы втрое больше собственного веса и/или двигаться втрое быстрее.
Теневой Саван - это заклинание придает боевому магу обличье, частично принадлежащее материальному миру, частично– Тени. Эти чары называются Теневым Саваном и делают тело мага призрачным и двоящимся. Хотя Теневой Саван можно сотворить  одновременно с Боевой Магией, ману он потребляет отдельно, и спустя несколько минут действие Савана прекращается, но режим Боевой Магии остаётся активным.
Маг Холода.
- талантом мага холода становится устойчивость к воздействию низких температур и ветра.
Ледяная Хватка - маг окутывает цель, находящуюся не далее чем в 20 метрах от него, облаком ледяных кристаллов. Убитые Ледяной Хваткой превращаются в ледяные статуи.
Каток - поверхность в указанной магом зоне, покрывается гладкой ледяной коркой, которая тает и счищается так же, как обычный  лед. Размер "катка" ~ 10 метров.
Ледяное Оружие - оружие ближнего боя в руках союзников в радиусе 10 метров окутывается ледяной аурой, которая дополнительно ранит врагов мертвящим холодом. Ледяная аура держится одну минуту; это заклинание не портит оружие.
Конус Холода - руки заклинателя испускают поток ледяного ветра и осколков льда, которые ранят и замораживают попавших в поток врагов и союзников. Убитые Конусом Холода так же могут превратиться  в ледяные статуи.
Вьюга - маг поднимает настоящую снежную бурю с пронизывающим ледяным ветром и снегопадом, причем ее эпицентр расположен не дальше 20 метров от заклинателя. Противники, попавшие в область действия этого заклинания (~ 10-15 метров), могут быть сбиты с ног ветром и даже заморожены. Заклинание  ранит так же и союзников мага.
Серый Страж.
Голос скверны – говорят, что Серые Стражи чувствуют приближение порождений тьмы и это так, но мало кто знает, что их маги также способны передавать мысли друг другу. Именно это умение помогает Стражам организованно атаковать противника, не тратя времени на раздачу указаний.
_____________
Владение магическим оружием (посохи).
Алхимия – запросто может изготовить лекарство или же магический эликсир.
Живопись – у Стража есть чувство прекрасного, что позволяет ему писать реалистичные картины.
Бытовые умения – вполне в состоянии позаботиться о себе: приготовить, постирать, зашить.
Образование – умеет читать и писать, не считая общего наречия, владеет андерским, тевинтерским и эльфийским языками, а также знает пару выражений на орлесианском и антиванском языках.
Картография – прекрасно читает карты, не путается на местности и при необходимости может составить карту сам.
История – знает в общих чертах историю Тедаса, акцентируя на тевинтерском и авварском народах

.
10.Личные вещи:
Посох тевинтерской работы из красного дерева с ромбообразным камнем карминового цвета в навершии; небольшой кинжал – подарок долийских эльфов; поясная сумка с зельями, и кровью порождений тьмы разных видов; кошелёк, набитый деньгами; подвеска с изображением грифона, подаренная ему орденом и ещё одна, что всегда лежит в кармане мантии - половинка амулета; пара колец на пальцах, не имеющих какой-то особой ценности; небольшой заплечный мешочек со сменной одеждой и съестными припасами на время переходов. 
11.Связь с игроком: См. профиль. 
12.Пробный пост:

0

3

Нареканий не имею. В качестве пробного поста сойдёт и то, что мы уже во флэшбэке начали. Так что, принят.

0

4

Зевран Аранай
Благодарю. Ждём мнение Андерса?)

0

5

Марэн Сурана
А смысл, все всё читали, все всё поняли).

0


Вы здесь » Dragon Age: Ante Bellum » Принятые Анкеты » Герой Ферелдена


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC