Dragon Age: Ante Bellum

Объявление

Ante Bellum уходит в режим архива.
Регистрация новых профилей закрыта.
Для чтения используйте профиль "Читатель".
Обмен рекламой прекращен.
Зевран Араннай
Skype: nelyo_green_dog

Тальесин
Skype: march.cat.

Анора Мак-Тир
Skype: copper_fennec

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Dragon Age: Ante Bellum » Принятые Анкеты » После осени - ад


После осени - ад

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

1.Имя:

Мариан Хоук

2.Пол и возраст:
Женский
35 лет
Родилась в восьмой день солиса, 9:06 года века Дракона

3.Раса:
Человек

4.Класс и специализация:
Разбойник

5.Положение в обществе:
Когда-то была известна как Защитница Киркволла, сейчас ведёт жизнь перекати-поле.

6.Характер:

Основная информация:
Контрабанда мечты для беспокойных сердец,
Что больны луной, что больны огнем.
Что торопятся биться быстрей и быстрей!
Контрабанда любви для всех заблудших овец,
Хотя бы в эту ночь не оставит Господь их милостью своей...

Девиз, с которым Хоук идёт по жизни, - делай то, что считаешь правильным сейчас, даже если можешь передумать впоследствии. Есть много вещей, о которых женщина сожалеет, но не погрязнуть в них помогает мысль о том, что она делала всё, что могла. И этого довольно.
Знает горькую цену дружбе.  Друзья могут предавать, обмануть и подставить. И совсем не обязательно, что те, кого ты называешь этим словом – «друг» - на деле относятся к тебе также. Совсем не обязательно, что те, ради кого ты готов отдать последнюю рубашку, будут поступать ради тебя также. Дружба, как и любовь, бывает невзаимной или непонятой – это Хоук усвоила на собственном опыте.
Мариан довольно часто оставалась не с чем. Сначала после побега из Ферелдена, затем из Киркволла. Все, кого она знала, в итоге покидали её по разным причинам. И потому встречая новых людей, которые тянутся к ней и которым ей хотелось бы открыться, она в действительности не верит, что это надолго.
И всё-таки, несмотря на все разочарования, ошибки и боль, она не отчаялась. В этом чокнутом мире каждый день может стать последним, и потому прожить его надо так, чтобы сожалеть было не о чем. Хочешь убить – убивай. Простить? Прощай. Вот и всё. Так просто и сложно одновременно.
Она может лукавить, лгать, недоговаривать и прятаться за шутками – если надо для дела или кто-то слишком настойчиво лезет в душу. Это, как оказалось, довольно просто – улыбнуться и иронично отвести разговор в сторону.
Хоук способна долго выстраивать планы, продумывать свои действия, и в один прекрасный момент плюнуть на всё и помчаться сломя голову делать что-нибудь совершенно другое. Может быть жестокой и хладнокровной, а может неожиданно смягчиться и пощадить какого-нибудь ублюдка, просто потому, что человек настроения.

Дополнительная информация:
• Что любит:
Хорошо выспаться и поесть, выпить хорошего вина или эля.
• Что не любит:
Когда называют Защитницей Киркволла, когда пытаются свесить на неё всех собак за инцидент в Киркволле, когда пытаются убедить, что она должна или обязана что-то и кому-то.
• Привычки:
Лезть не в своё дело – жизнь так и не отучила.
• Страхи:
Снова терять тех, кто дорог.
• Мечты:
Найти место в этом чокнутом мире, которое она могла бы назвать своим домом.
• Жизненная цель:
Выжить как-нибудь.

7.Внешность:
Основные черты:
• Цвет глаз:
Синий
• Цвет волос/длина/тип:
Угольно-чёрные, прямые.
Стрижка по-мужски короткая.
• Рост/вес/телосложение:
175 сантиметров.
57 килограммов.
Тело сильное и гибкое, не лишено приятных женских округлостей.
• Отличительные особенности:
Много свежих и застарелых шрамов.
Описание внешности:
Веди Мариан другой образ жизни, она была бы красоткой. Очень светлая кожа, глаза пронзительно яркого синего цвета, аристократически тонкие черты лица… Чего уж говорить, повезло им с Бетани уродиться в мать, которая оставалась привлекательной женщиной и на склоне лет.
Вот только судьба – женщина с юмором. И все внешние достоинства Хоук были отшлифованы ею на свой вкус.
Мариан стройна, но то не плавный женский стан, а поджарое тело человека, привыкшего к физическим нагрузкам. Густые волосы небрежно острижены и едва прикрывают уши, чёлка падает на лоб.
В прямом выразительном взгляде ни намёка на женскую мягкость, он прямой и честный, иногда чуть лукавый. Глаза выдают её редко, и мало кто может прочитать в пронзительной синеве больше положенного.
Длинные пальцы женщины могли бы принадлежать музыканту, но на них застарелые мозоли, столь характерные для всякого, кому не впервой держать клинки в руках. И этот запах целебных мазей… Хоук казалось, что он въелся в её руки вместе с металлическо-сладким запахом крови.
Повстречать Мариан в платье почти невозможно, а если такое случилось, значит, грядёт последний день существования мира. Обычно одежда женщины непритязательна и удобна – рубашки, штаны, сапоги, куртки. Хотя носить что-то простое, без крепких кожаных доспехов и другого боевого обмундирования, Хоук может позволить себе не всегда.

8.Биография:
- Я помню скрип колёс, расхлябанную дорогу и бесконечные переезды. Мы кочевали из одной деревни в другую, из города в город, спасая от храмовников тайну отца, а затем и Бетани. Не знаю, может быть, поэтому мне было легче других оставить Лотеринг в прошлом. Слово «дом» никогда не имело для меня особого смысла.

Мариан родилась в семье мага-отступника Малкольма Хоука и Лиандры Амелл – уроженки Киркволла. Хуже жребий выпадал, пожалуй, лишь на долю городских эльфов и рабов. Пытаясь сохранить тайну Хоука-старшего, семья скиталась по Ферелдену и вела неприметный образ жизни. С детства Мариан усвоила несколько правил – не болтать об отце лишнего, не привлекать к себе внимание посторонних, в особенности служителей церкви.
Девочка была не единственным ребёнком в семье, помимо неё у Хоуков росли близнецы - Карвер и Бетани, последняя унаследовала от отца его магический дар. После этого открытия переезды лишь участились – юная магесса нуждалась в обучении и постоянном контроле, ведь каждый всплеск магии мог навести на них храмовников.

- Честно, были времена, когда я почти ненавидела Бетани, особенно после смерти отца. Думала, что лишь из-за её эгоизма мы вынуждены жить так. Уйди она, сдайся Кругу, мы были бы свободны… Малодушные мысли.

Отец и мать были слишком заняты Бетани, чтобы уделять в полной мере внимание другим детям, потому Мариан росла, предоставленная самой себе. Но Хоук, в отличие от Карвера, казалось, это не смущало. Напротив, она могла выбирать сама, чем ей заниматься и как жить, и девочка никогда не упускала возможности выучиться паре-тройке ловких трюков. Как с помощью нехитрой металлической скобы вскрыть амбарный замок, незаметно подкрасться к кому-нибудь, вычислить брешь в доспехах или найти почти незаметный след в пожухлой траве…
Она не была Бетани, которой приходилось сдерживаться и прятать свои таланты, она не была и Карвером, отчаянно ищущим себе учителей, и стремящимся оправдать это гордое слово – «мужчина». Мариан просто жадно впитывала всё, что могло пригодиться в жизни ей или её близким. Она коллекционировала все эти полезные уловки и обрастала ими, словно старьёвщик всяких хламом. И всё, чему научилась она на улицах, пригодилось ей не однажды.

- Мы, бывало, спорили, но были друг за друга горой, потому что семья – всё, что у нас было. Слишком часто мы встречались и расставались с людьми, не имея возможности довериться полностью. Иногда я задыхалась и чувствовала себя лицемеркой – мне бы хотелось улыбаться соседям, приятелям и сослуживцам искренне, а не вглядываться в их лица и гадать, как отреагируют они, когда узнают правду.

В конце концов, переезды привели Хоуков в Лотеринг, где они осели на достаточно долгое время, и покинуть его их заставил лишь Мор.

- Не хочу вспоминать. Слишком многие погибли. Мы были с Карвером там, при Остагаре. Казалось, что это конец – король пал, Серые Стражи исчезли. На что мы могли надеяться? Мы сбежали.

Её мучила потом совесть – оттого, что она бросила Ферелден, не сражалась вместе с другими, не пала при Редклифе или Денериме. Будь Мариан одинока, она бы не ушла, но мать, сестра и брат были для неё важнее целой страны. Места менялись, а они были рядом. Выбрала она их и на этот раз.
Бегство от Мора далось Хоукам нелегко. В пути им повстречалась пара других беженцев - воительница Авелин и храмовник Уэсли – в былое время сражению с ними было не миновать, но общее горе объединило людей. Невольные попутчики прокладывали себе путь на юг от Лотеринга, немало порубили они порождений тьмы в дороге, но...
Смерть Карвера до сих пор была дня неё туманным сном, словно та вспышка гнева, которую она испытала, увидев искалеченное тело младшего брата, притупила боль. И слёз не было, нужно было быть той сволочью, что встряхнула бы мать, не дав ей оплакать сына, и повела бы семью дальше. Потом, гораздо позднее, уже в Киркволле, Мариан сможет оглянуться и действительно поверить, что брата рядом больше нет.
Ещё одна встреча в пути стала судьбоносной. Флемет. Ведьма из детских сказок, дракон, обернувшийся эксцентричной старухой. Беженцы невольно стали частью её неясных планов, но узнали об этом гораздо позднее. Женщина помогла им добраться в порт, из которого было две недели пути морским ходом до Киркволла, - дома родни Лиандры Амелл. Но прежде им пришлось принести ещё одну жертву Мору – Уэсли. Он заразился скверной и Авелин пришлось убить мужа собственными руками, принеся ему лёгкую смерть.

- Попасть в Киркволл было не так просто, как казалось. Власть не хотела пускать в город неконтролируемый поток беженцев, мы были лишь одними из многих. Пришлось выкручиваться и идти в наёмники к Миирану, он оплатил наш пропуск в город в обмен на год работы.

В Киркволле всё семейство Хоуков ждал неприятный сюрприз – родной брат Лиандры Гамлен успешно просадил состояние семьи и потерял фамильное поместье. Потому довольствоваться беженцам пришлось небольшой лачугой в Нижнем городе и соседством ворчливого и мелочного старика, который вечно попрекал родственников куском хлеба.

Это было трудное время: беспокойство о завтрашнем дне, невозможность быть разборчивой в работе, вечные споры дяди и матери, которая не могла смириться с тем, что имя Амеллов в Киркволле больше не значило ничего. Но зато… Мариан впервые смогла вздохнуть свободно – казалось, город жил своей особой жизнью и ему не было дело до какой-то магессы-отступницы и её семьи.

(чуть навеселе)
- Варрик, ты только не смейся, но я дерево… Я же просила! То, что по весне обрастает листвой, а осенью её сбрасывает, оставаясь голышом на холодном ветру. Киркволл стал моей дурной весной. Я встретила тебя, Мерриль, Фенриса, Андерса, Изабеллу, Себастьяна, завела знакомство с кучей людей и нелюдей, ввязалась во множество историй. И была счастлива какое-то время.

Отработав на Миирана год, Хоуки, наконец, стали свободны, но положение их было бедственно. Работу найти в городе было чрезвычайно трудно, и платили за неё гроши, особенно ферелденцам. Сёстры хотя и снискали определённую известность, как способные наёмники, но и им пришлось нелегко. Часто заказы были слишком опасны и могли стоить им жизни. Умирать не хотелось, как и оставлять мать на сомнительное попечение Гамлена. Только эта нужда и заставила Хоук задуматься об экспедиции на Глубинные тропы.

- Тогда мы и познакомились. И даже воспоминания о твоём братце не испортят мне впечатление от нашей встречи.

После приключений на Глубинных тропах Мариан поверила в Создателя чуть больше, трудно назвать иначе как чудом то, что они сумели выбраться на поверхность. Ведь гораздо больше было шансов, что они навсегда затеряются где-нибудь там, в тёмных переходах, обезумят от отчаянья или сгинут в когтях мерзких тварей. Но они всё-таки выбрались: с деньгами и новым именем в списке тех, кому следует воздать по заслугам. Тогда-то Мариан и решила для себя, что давать шанс можно многим, но поворачиваться спиной к ним совсем не обязательно.
Как бы то ни было, заработанные деньги помогли Хоук вернуть семейное поместье и заработать славу покорительницы Глубинных троп.

- Конфликт между магами и храмовниками уже тогда набирал обороты. Не припомню, скольких оступившихся магов мне пришлось убить, а скольким помочь сбежать, ведь были среди них и неплохие ребята. Например, Андерс и Мерриль, хотя Фенрис с тобой и не согласится. И не правда, что я была слепа и убаюкана их «дружбой» со мной. Просто хотелось, чтобы они проворачивали свои делишки под моим присмотром. Я была так самонадеянная.

Что ни говори, а с первых минут знакомства у Мариан появилось явное ощущение, что эти два мага ещё доставят ей неприятностей. Особенно Мерриль с её магией крови, Андерс до поры до времени казался ей вполне безобидным и приятным малым. Она никому не призналась бы, что было время, когда испытывала к нему чуть более сильную симпатию, чем следовало.

- Я просто старалась поступать справедливо (сухой смешок). Не могу теперь нормально воспринимать это слово – «справедливость»... И делала то, что считала нужным, помогала магам или убивала их – у всего была одна причина. Я думала, что только моей трезвой головы и пары клинков хватит, чтобы остановить большинство бед, и верила - пока мы будем вместе, они увидят моё понимание ситуации и примут его… Почему я решила, что будет так?

Сталкиваясь со многими злоупотреблениями магии, Мариан всё больше убеждалась в том, что Круги появились не зря. Ведь, если какие-то магические дисциплины были запрещены, наверняка сделано было это не просто так. И подтверждение тому встречалось ей всё чаще и чаще. Ни разу она не встретила мага-отступника, которого использование магии крови или другие запрещённые штучки не довели бы до беды. И не все из них могли встретить искушение достойно. Но рабство было противно Хоук в любом проявлении, а методы городских храмовников со временем становились всё жестче и жёстче.
Но в ту пору над Киркволлом нависла другая напасть – кунари. Воины остались в городе после кораблекрушения дожидаться судна, которое увезло бы их домой. Вот только шли годы, а они всё не покидали портовый город и чего-то ждали.
На долгое время, однако, Мариан забыла и о конфликте магов с храмовниками и о кунари. Соглашаясь помочь серу Эрику, женщина думала, что расследование убийств женщин станет ещё одним рядовым делом – мало ли таких было у неё, но заплатить за беспечность пришлось высокую цену.
Она ненавидит белые лилии всем сердцем. Эти прекрасные, чистые цветы всегда будут напоминать ей о мрачном убежище чокнутого мага. Она бежала по кровавому следу, чувствуя, как замирает сердце в груди. И слёзы застилали глаза, не давая одуматься, продохнуть. Мариан не плакала, когда умер Карвер – он был воином, тем, кто рисковал собой ради других, но Лиандра в глазах старшей дочери, несмотря на свой сильных характер, всегда была всего лишь беззащитной женщиной. И, задыхаясь от бега, Хоук чувствовала, как что-то безвозвратно ускользает из её рук.

- Никогда я не радовалась чужой смерти так, как в тот день. Увидела мёртвое тело Алессы, и почувствовала облегчение. Хотя бы ещё чуть-чуть побыть во власти иллюзии.

Но пришла Мариан слишком поздно. Бесконечно поздно, Лиандра была уже мертва.
В их большом особняке стало странно пусто. Нет, здесь всё ещё были слуги, Бодан и Сэндал, но не было Бетани, которая ушла в Круг магов, устав скрываться от храмовников, не было матери. Оставшись одна, Мариан часто думала, ради чего всё это было – поход на Глубинные тропы, возвращение поместья и бесконечная беготня от церкви…
Листья начали опадать. И приближающаяся зима забрала поначалу самых дорогих.
Прийти в себя после потери матери Мариан помогли дела, которых становилось всё больше и больше из-за обострившейся политической обстановки, заговоров церковных фанатиков и прочих неприятностей.
Странной болезненной весточкой о прошлом стала история с Серыми стражами и Корифеем. Она помогла Мариан осознать всю ироничность ситуации: человек, которого она боготворила больше всего в жизни, её отец – был магом крови, и убийца матери использовал ту же силу. Где находился тот поворот, что разделял конченных психопатов и расчётливых магов, предпочитающих использовать разные силы для достижения своей цели?
Однако что-то изменилось в Хоук безвозвратно. Всё с большим раздражением воспринимала она любые разговоры Андерса о магах и необходимости свободы для них. Женщина, конечно, не отказалась от своих идеалов и веры в компромисс, но желание искать справедливость всюду куда-то исчезло, и мысли о том, что, может быть, храмовники не так уж и ошибаются, всё чаще посещали Мариан.

- Демоны, демоны. Как легко он валил всю вину на них! (в сердцах) «Это был уже не он, а демон». «Это магия крови изменила его». Его болтовня до сих пор стоит у меня в ушах, не давая забыть об ошибке. Не важно, как маги крови, одержимые убивали своих жертв и что творили под покровом ночи. Важно, что они сдались, были слабы, жадны до власти или пошли простым путём. Гнилое нутро.

Многолетнее напряжённое ожидание вылилось, наконец, в религиозный конфликт – косситы взяли штурмом город, используя в качестве предлога смерть сына наместника Сэймуса, который перешёл в Кун.
Мариан и её друзья не смогли остаться в стороне, тем более они уже по уши увязли в политических интригах, да и причиной вторжения стала ещё одна приятельница Хоук – Изабелла. Она украла у серых воинов их священную реликвию, и без неё они не могли вернуться домой. К счастью, пиратка одумалась вовремя и вернула книгу косситам. Но сражаться пришлось уже за свободу виновницы заварушки.
Мариан и Аришок вышли на честный поединок, и в нём с величайшим трудом Хоук удалось выиграть.

- Мне кажется, он не верил в вероятность моей победы до конца. Хотя и говорил, что есть подобие чести и всякое такое… Я была достойна скрестить с ним оружие и умереть от его руки, но я выжила, хотя Создатель видит, это был самый сложный поединок в моей жизни! Никогда мне ещё не приходилось ещё столько носиться от врага, чтобы выждать удачный момент для атаки. После победы меня нарекли Защитницей Киркволла. И этот титул был словно пощёчина. Я ведь не сумела защитить ничего из того, что действительно хотела. Каждый раз, когда слышу его, вспоминаю об этом.

Победа над Аришоком неожиданно возвысила женщину. Те, кто ещё недавно воротил нос от выскочки из Нижнего города, сегодня слали приглашения за обеды и ужины, чтобы похвастаться перед гостями таким полезным знакомством. И были просьбы. «Кто как не Защитница поможет нам», «Вы же Защитница Киркволла! Вы должны нам помочь», - всё чаше и чаше слышала Хоук эти слова от горожан, и это тяготило её неимоверно. Впервые с тех пор, как она оказалась в Киркволле, этот город показался ей чугунной клеткой.
Мариан понимала, что её использовали, прикрывались её именем, пытались втянуть во всё разрастающуюся вражду магов и храмовников, и она шла у них на поводу до поры до времени, потому что верила, что сумеет помочь найти компромисс. Но Мередит становилась всё жёстче и жёстче, а маги всё чаще обращались к запрещённым искусствам.

- Мне этого никогда не понять. Неужели все маги настолько слабы? Почему всё, на что они способны в опасной ситуации, – отдать себя на откуп демонам и будь что будет? Ведь есть и другие, я знаю. Там при Остагаре они сражались, словно тысячи разъярённых демонов, не изменяя при этом себе, не обращаясь к магии крови. Они не искали спасения в Тени и были готовы встретить врага лицом к лицу. Таких в Киркволле оказалось прискорбно мало. Не знаю, в чём тут дело: в диктате Мередит или из Орсино вышел такой Первый Чародей. Но ты видел сам, что творилось на улицах города потом.

Всё, что происходило в Киркволле, не могло не вылиться в противостояние, но, быть может, возможность мирного исхода ещё была возможна, если бы не Андерс. Церковь взлетела на воздух вместе с Владычицей Эльтиной. Мариан помнит, что подумала тогда, с этим огнём над городом взметнулась вся её прошлая жизнь, приправленная теперь горьким разочарованием во всём, что она делала, в человеке, которому доверяла.

- Конечно, я лукавлю. От многих из своих друзей я ждала подвоха – от Мерриль с её желанием любой ценой вернуть часть эльфийского прошлого, от Изабеллы… потому что это Изабелла, от Андерса и Фенриса – их фанатичная категоричность была сродни одержимости и из-за неё они могли закрыть глаза на многое. Но это было слишком.

Нечего нельзя было уже исправить, пришлось выбирать. И она отдала предпочтение Мередит и её храмовникам. Потому что была зла на Андерса, и на секунду Мариан захотелось вырезать всех магов в городе, чтобы он увидел, какую свободу им подарил. Потому что Лиандра была безвозвратно мертва. Потому что проклятые освободители магов посмели схватить и пытаться убить Бетани. Потому что она не верила в слабых магов Киркволла, и ей казалось, уничтожь она их сейчас, удастся обойтись малой кровью.
Она не убила Андерса, потому что он всё ещё был её другом, не перерезала ему глотку, потому что ей казалось, что он желал умереть.

- Но я не настолько великодушна. Пусть живёт, если сможет, и видит последствие своих поступков. Может быть, сумеет исправить хотя бы часть из того, что натворил.

То, что было потом, лучше всего показало суть магов и храмовников – прогнившая сердцевина. Орсино и Мередит были одержимы каждый по-своему, им было уже наплевать на тех, кого они должны были защищать: магов, храмовников, простых горожан. Хоук и те из друзей, что остались с ней в этом кошмаре, разделались с ними обоими.
Она помнит, как преклонились перед ней храмовники, а она… сбежала. Стать наместником? Ха! Хватит с неё этого города, ответственности и решений. Сезон опавших листьев подходил к концу, и впереди была долгая зима, в которую она вошла одна.
Бетани ушла с выжившими магами – для Мариан было этого довольно. Она не искала сестру, не ждала её прощения и не жаждала воссоединения. Друзья пошли своими путями – их всех крепко связывал Киркволл, но прежнего города, который они вместе защищали, уже не было. Даже Бодан и Сэндал  уехали в Орлей, а старый пёс исчез во время беспорядков.

- Для меня здесь ничего не осталось. Потому я ухожу, Варрик. Может, позднее напишу письмо…
После событий в Киркволле Защитница исчезла в суматохе новых событий: как и раньше появлялась то тут, то там, где требовалась помощь, но всё чаще называлась чужими именами, которые забывала почти мгновенно после того, как они были произнесены.
Она путешествовала, убивала, спасала и училась новому – как и пять, десять лет назад. Это длилось до тех пор пока не прогремел взрыв, положивший конец старым надеждам и планам.

9.Навыки и способности:
Знает общий язык, некоторые фразы на эльфийском, кунлате, орлесианском.
Умеет читать и писать на общем языке, сносно готовит, хорошо плавает.
Ловкая и гибкая, без труда может вскарабкаться на скалу, дерево или стену, если найдутся подходящие уступы и щели, за которые можно уцепиться.
Хорошо бегает, а высокая выносливость позволяет ей поддерживать долгое время быстрый темп.
Умеет при необходимости быть скрытной и незаметной, движения рук плавные и незаметные, что позволяет женщине обчищать карманы не слишком бдительных горожан.
Умеет анализировать сильные и слабые стороны противника, чем пользуется в бою. Превосходно владеет парными клинками, стрелять из лука и бою с метательным оружием обучена, но довольно посредственно.
Неплохо разбирается в ядах и травах, но сварить что-нибудь из этого сама не сумеет. Умеет вскрывать замки и устраивать ловушки.
Благодаря отцу, неплохо знает анатомию и физиологию людей и нелюдей. И хотя учил ей Малкольм больше лечению, Хоук с успехом применяет полученные знания во вред.

10.Личные вещи:
Парные кинжалы «Месть Берахта» и «Стилет Джарвин», сделанные из красной стали и усиленные ледяными рунами; три метательных кинжала на поясе; бутыль с ядом для клинков, фляга с удушливым газом, несколько целебных припарок.
Из одежды – кожаный доспех, наручи, сапоги с окованным металлом носками, комплект простой походной одежды, тёплый плащ. С собой мелочи вроде огнива, флаги с водой, небольшого потрёпанного дневника. Немного еды.
11.Планы на игру:
Тряхнуть стариной

12.Связь с игроком:

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.


13.Пробный пост:

0

2

Здравствуйте. Создавайте тему в разделе Хронология и заполняйте Профиль. Также обратите внимание на такую тему, как Поиск партнёра по игре.
Если Вы ещё не читали Правила форума, то можете ознакомиться с ними в этой теме. А здесь можете почитать Сюжет.
С возвращением и приятной игры.

0


Вы здесь » Dragon Age: Ante Bellum » Принятые Анкеты » После осени - ад


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC